Екай повиновался, подняв голову. Впереди на небольшом помосте сидел екай, очень похожий на человека. Он был одет в серое кимоно, поверх которого накинул бардовое хаори с черной окантовкой. Лицо екая завораживало и привлекало к себе взгляды окружающих, но одновременно с этим источало харизму. Длинные волосы противились гравитации и торчали назад. Осушив очередную чашку, Глава поставил ее на столик и загородил рукой, давая жене понять, что ему больше наливать не надо.
Девушка слегка наклонила голову, встала со своего места и покинула главный зал через меньшую дверь. Только после ухода жены Глава заговорил с Дзеном.
- Кто она, - спросил Глава, кивнув в сторону девочки.
- Не знаю, - ответил ворон, склонив голову.
- Смотри мне в глаза, - повторил свой приказ екай.
- Простите, - извинился тот, поднимая голову.
В этот момент Дзен почувствовал себя виноватым. Ведь именно он усыпил ребенка и не давал ей проснуться своей силой. Сделал он это еще когда освободил Юко. Но тогда он не знал, что она екай и считал это лучшим решением, а теперь, он уже не хотел рисковать. Может ее подослали убить Главу. Самые опасные убийцы – те, которых не подозреваешь.
Город Эдо был населен не одной группой екаев. Все они чем-то походили на якудза или борёкудан. Как и якудза группировка екаев опиралась на ценности патриархальной семьи, принципы беспрекословного подчинения боссу и строгого соблюдения кодекса правил. Между группировками не было строгого деления территории, однако это не мешало совершать покушения на глав других борёкудан.
- И почему ты решил принести ее?
- Когда она попала в сад, ее схватил Кубинаши. Я ее освободил, приняв за человека. Но позже я узнал, что девочка чувствовала взор Кеджиро. Я собирался ее убить, когда заметил признаки регенерации, что навело меня на мысль, что она екай. Я не знал, что с ней делать.
Глава выслушал Дзена. Посмотрел на девочку и, несмотря на расстояние их разделявшее, увидел, что на теле ребенка действительно нет ни единой царапины. Погрузившись в раздумья, Глава продолжил буравить взглядом Юко. Ребенок мог быть равно как из противоборствующей группировки, так и просто одиноким екаем, волею судьбы забредшим в его обитель. Он мог прямо сейчас отдать приказ Дзену и ребенок умрет. Но у нее оказалась такая привлекательная способность, что проигнорировать ее так просто нельзя. Усмехнувшись, Глава заговорил.
- Буди слуг. Пусть отмоют ребенка и уложат спать. И сними ты уже с нее свое хякки.
Дзен поклонился Главе и покинул главный зал с ребенком на руках, выполнять поставленную задачу.
Юко просидела на футоне, закрыв лицо ладонями, около десяти минут. Придя в себя после увиденного кошмара, девочка удостоила внимания свое окружение. Последнее, что она помнила – заснеженный сад, боль в запястьях и горле. Невозможность сделать вдох или выдох и черные перья. Сейчас же девочка находилась в обычной непримечательной комнате.
Футон, на котором спала Юко, лежал в центре комнаты. Две стены комнаты были деревянными, а две другие – движимые панели. Со стороны одной из панелей был виден свет и слышен щебет птиц. На стене позади Юко висел свиток, на котором выверенной рукой был изображен самурай, сражавшийся против екаев. Напротив девочки расположена была стенка, на двух полочках которой стояли икебаны.
