- У него мог быть поблизости сородич. Хотя иппон-датара менее социальны, чем энки или другие екая, лучше иногда сохранять бдительность подольше.
Энки – это обезьяноподобные екаи, проживающие небольшими группами в лесах у подножия гор. В то время как иппон-датара предпочитают одинокое существование в заброшенных кузницах.
- Уходим, - сказал обладатель наставительного тона.
Остальные принялись очищать мечи от ихора. Через пару мгновений оружие уже покоилось в ножнах, а охотники принялись его всячески маскировать. Ведь в нынешней Японии разрешалось носить мечи только самураям, а охотники ими не были.
Охотники были странниками. Они никогда не стояли на месте. Постоянно в пути. И им крайне везло, если одинокий охотник натыкался на такого же одинокого охотника и они договаривались путешествовать вместе. Екаи были опасными существами, поэтому идти на подобного монстра в одиночку было чистой воды безумием.
Екаи были очень примечательными существами. Однако найти их было задачей не из простых. Только одно могло рассекретить такого монстра. Их всегда сопровождали странные и сверхъестественные явления. Охотники путешествовали вслед за этими явлениями благодаря торговцам. Ведь даже в самую холодную зиму торговец продолжал свой путь.
Конкретно эта группа охотников держала свой путь в деревню Ига. Но из-за запрета ношения мечей не самураями, они предпочли передвигаться по малоиспользуемым дорогам. Так они и набрели на заброшенную деревню, где убили екая-кузнеца.
Мужчины собрали свои немногочисленные пожитки и двинулись в дальнейший путь, в деревню, где по слухам поселилась женщина, не снимающая с головы капюшон.
Всего за неделю они достигли места назначения. Путники устали с дороги и тем не менее собрались подниматься в гору. Но вовремя были остановлены окриком пожилого крестьянина, принявшего их за монахов.
- Скоро начнется метель, - предупредил их дед.
Охотникам пришлось подкорректировать свои планы. Найти дом, в который впустили незнакомцев, было несколько трудно. Благо старик их окрикнувший, предложил свою крышу. Еще им требовалась информация. А кто как не старик любит поговорить. Потому обладатель наставительного тона – Иссин – задал несколько вопросов, приютившему их старику. К несчастью для охотников, старик уже плохо слышал и вопросы приходилось повторять по нескольку раз. Крик мог нарушить покой окружающих домов.
Увы, но много информации узнать охотники не смогли. Однако было несколько намеков на то, что женщина была екаем. Может капюшон и скрывал ее лицо, только от любопытных глаз трудно скрыть такую чарующую красоту. Но постоянно надетый капюшон был главной причиной подозрений охотников. Что как не рога скрывать под ним.
Близилась ночь. Метель уже вовсю хозяйничала на улице. Охотники решили, что пора ложиться спать. Футонов у старика оказалось мало, но мужчины давно привыкли спать на чем получится, потому уложили на футон самых старших.
Под завывания ветра деревня погрузилась в сон. Ее жителям очень повезло, что ни один дом не пострадал. Ведь многие дома уже были ветхими и могли развалиться в любой момент. Но везение не будет длиться вечно, когда-нибудь один из домов развалится, похоронив под собой его жителей. Впрочем, эта ночь завершилась спокойно.
Поутру мужчины немного помогли старку, убрав часть снега с дороги и скинув его с крыши. Закончив с этим, охотники направились прямиком в лес, не задерживаясь ни на секунду. Тропу к храму завалило снегом, поэтому продвижение охотников слегка замедлилось. К вечеру они были уже в храме.
Юко выплакала все слезы. Однако продолжала всхлипывать, обнимая тело матери, когда оно стало распадаться прямо на глазах. Всего за несколько секунд тело девушки обратилось во множество сияющих огоньков, устремившихся ввысь. Именно так и умирают екаи – не оставляя после себя ничего.
Девочка продолжила сидеть на том же самом месте до тех пор, пока в ее желудке не заурчало. Только тогда Юко поднялась с пола, машинально отряхнув кимоно. И, не обращая внимания на застывшую на полу лужу крови, занялась приготовлением обеда.
Юко быстро приготовила рис и уже сидела, уплетая его за обе щеки. Девочка заметить не успела, а уже опустошила свою плошку. Юко поднялась из-за столика, взяв в руку опустошенную плошку, и потянулась за другой – заполненной. Рука остановилась на полпути. Девочка осознала, что на автомате приготовила еще и порцию матери. Колени девочки подогнулись, руки у нее затряслись, пальцы разжались. Плошка выпала из рук девочки, отскочила от пола и приземлилась прямо в тлеющий костер. Деревянная тарелка вспыхнула в мгновение ока. Но Юко на нее даже не взглянула. Взгляд ее был устремлен в никуда.
Тарелка догорала, когда Юко соизволила на нее посмотреть. Вытаскивать из огня уже было нечего. Понаблюдав за тухнущим пламенем, девочка резко вскочила и стремглав вылетела из хижины. Взгляд быстро зацепился за тело убийцы. В глазах вспыхнули огни ненависти. Юко подбежала к телу, запрыгнула на него и принялась колошматить лицо виновника несчастий кулаками.
