Никого не интересовал страх и возмущение протестантов. Только пасторы могли теперь своими пламенными проповедями возродить в верующих стремление защитить истинную веру. Укрепленные города протестантского юга – Монтобан, Ним, Обена и Прива, пытаясь защититься от жестокости католиков, закрыли городские ворота и приготовились к сопротивлению. В Сансере, самом сердце королевства, буржуа, намеревавшиеся подчиниться королю, были вынуждены присоединиться к большинству простого люда, решивших защищаться. Ла Рошель – главный оплот протестантов запада, отказалась принять наместника Бирона, бывшего, однако, человеком терпимым и спасшим жизнь многим протестантам в Варфоломеевскую ночь: город стал убежищем для огромного количества гугенотов; пятьдесят спасшихся во время бойни дворян организовали там армию из тысячи пятисот солдат – дезертиров флота Строцци. Ассамблея пятидесяти пяти пасторов направила торжественный призыв Елизавете Английской, умоляя ее прийти на помощь своим подданным в Гиени – провинции, принадлежавшей [229] ей «испокон веков». Опасность была велика: главный город бунтовщиков становился плацдармом для вторжения. На осаду города король отправил своего брата, герцога Анжуйского. С ноября 1572 года по июль 1573 года тот без передышки, но и без особого результата, пытался взять штурмом крепостные стены. В армии осаждавших перемешались католики, бывшие протестанты, обращенные насильно, протестанты-верноподданные, как Лану, например. По ту и другую сторону крепостных стен царила полная сумятица в определении целей.
Осада Ла Рошели продолжалась уже восемь месяцев, когда вдруг герцог Анжуйский был избран королем Польши. Жану де Монлюку удалось получить для брата короля Франции большинство голосов польского сейма выборных, в который входило сорок тысяч дворян. Они собрались 5 апреля 1573 года на Каменной равнине, к юго-востоку от Варшавы, где стояли роскошные шатры, чтобы выбрать преемника Сигизмунда-Августа II. Монлюк смог изменить их настроение: все были шокированы, узнав о Варфоломеевской ночи. Он приказал написать и распространить многочисленные уведомления. В одном из них – «Защитном слове Жана де Монлюка» – утверждалось, что в Париже было убито не больше сорока дворян. В другом, приписываемом якобы протестанту Пьеру Шарпантье, излагались доводы, оправдывающие бойню. Самым изящным было «Письмо к Эльвидию», автором которого был Ги дю Фор де Пибрак. Он одобрял законное наказание предводителей гугенотов-мятежников, совершенное в соответствии с королевским приказом, но высказывал сожаление по поводу разнузданной и слепой ярости толпы, в которой король был не виноват.
Кандидаты-протестанты – эрцгерцог Прусский Альберт-Фридрих и король Шведский Ян III, могли рассчитывать только на голоса протестантской партии – среди поляков их было меньшинство. Других претендентов – русского царя Ивана IV Грозного и эрцгерцога Альберта Австрийского – просто боялись. Такая ситуация оказалась выгодной для французского кандидата. Император попытался [230] было ему навредить в глазах терпимо настроенных поляков, распространяя по своим государствам высокопарные памфлеты. Среди них был панегирик, сочиненный иезуитом Ингольштадтом, прославлявшим Генриха как истинного героя Варфоломеевской ночи и поздравлявшего его с тем, что он один смог убить десять тысяч человек! Но Карл IX отбил эту коварную атаку, оказав брату весьма существенную помощь: в случае избрания Анжу он предложил выделить деньги, необходимые для строительства флота на Балтийском море и предложил начать переговоры о соглашении между Польшей и султаном – одним из ее самых постоянных врагов. Своеобразная кампания в прессе, обещания и широкие жесты Франции сотворили чудо.
9 мая 1573 года Генрих был избран королем. 11-го об этом было объявлено народу. Он должен был принести торжественную клятву гарантировать свободу религии в своем новом королевстве, где меньшинство протестантов было очень активно. 1 июня Карл IX разрешил своему брату уехать. Он позволил отправить в Польшу четыре тысячи гасконцев из армии герцога. Следствием этого стало прекращение 26 июня осады Ла Рошели, а через некоторое время король Франции издал Булонский эдикт, по которому на всей территории королевства протестантам предоставлялась свобода совести и свобода культа в трех городах – Ла Рошели, Ниме и Монтобане. Сансер получил право на почетную капитуляцию.
Выборы в Польше обошлись дорого – как говорили, в несколько миллионов. Но расходы только начались. Генрих не мог уехать просто так: для воевод надо было подготовить многочисленные подарки. Кроме этого, престиж Франции и нового короля требовал, чтобы польское посольство, которое должно было привезти в Париж торжественную весть, было встречено с наибольшей роскошью.
