Плохо же знал он Потемкина. После непродолжительной поездки в Новгородскую губернию он возвращается в Санкт-Петербург и уступает свои служебные апартаменты Завадовскому за сто тысяч рублей. Оплатив таким образом необычную квартплату, новый фаворит приобретает право доступа к спальне императрицы. Тем самым он как бы оплачивает и услугу, оказанную ему прежним владельцем апартаментов. Но Потемкин вовсе не собирается устраняться от возлюбленной. Конечно, он не рассчитывает вновь занять место в постели Екатерины, но и не позволит постороннему находиться там, как только каприз ее кончится. Он уже не любовник императрицы, он поставщик двора. Его влияние и власть будут тем больше, чем мимолетнее будут ее желания. Так что в его интересах подталкивать ее к переменам и разнообразию. Странно, но чем ревнивее он, чем тверже, тем больше будет желать, чтобы кавалеры почаще сменялись на ложе женщины, которую он любит. Пока она ищет в этих юнцах только плотское удовольствие, он будет хозяином положения. Расчет его точен. Он поселился в особняке, связанном с дворцом императрицы крытой галереей. Таким образом, императрица может в любое время, не привлекая постороннего внимания, нанести ему визит. И она не лишает себя этого удовольствия. Никогда не нуждалась она в советах своего Гриши так, как сейчас. В ее жизни есть две части. Ночью – безумные ласки с второстепенным лицом; днем – плодотворное дружеское общение с тем, кого она почитает за супруга. Отныне все «избранники» императрицы проходят предварительный отбор Потемкина. Их срок – не более нескольких месяцев. Завадовский получает отставку в июне 1776 года. «Он получил от Ее величества пятьдесят тысяч рублей, пенсию в пять тысяч и четыре тысячи душ крестьян на Украине, где они дороже, чем в других местах», – пишет своему брату кавалер Корберон,[105] новый поверенный в делах Франции. «Согласись, друг мой, что такое ремесло здесь неплохо оплачивается».
Завадовского сменил Семен Зорич, прозванный придворными дамами «Адонисом». Императрица нежно зовет его Семой и находит, что у него «чудесная голова». Тот же Корберон пишет: «Потемкин, который ничуть не потерял фавора и играет теперь ту же роль, какую играла Помпадур на закате своих дней при Людовике XV, представил императрице некоего Зорича, гусарского майора, тут же ставшего подполковником и инспектором легкой кавалерии. Новый фаворит обедал с ней. Говорят, что за пробный визит он получил 1800 душ крепостных! После обеда Потемкин поднял бокал за здоровье императрицы и уселся у нее на коленях».
Красавец Зорич, серб по происхождению, так счастлив своему возвышению, что предложил Потемкину в знак благодарности сто тысяч рублей. А чего стесняться! Потемкин берет, и так устанавливается порядок среди «приглашенных»: в день восшествия они платят сто тысяч тому, кто рекомендовал их императрице. И это не так уж дорого за обеспеченную старость в достатке и почете, после того как провел какое-то время в зените славы, деля ложе с самой императрицей. Но вот Зорич теряет позиции. Новый посол Англии, Джеймс Ховард Харрис, в донесении своему правительству пишет: «Нынешний фаворит Зорич, по-видимому, скоро будет сменен. Возможно, Потемкину поручат найти ему замену, и я слышал, что он уже присмотрел некоего Ахарова». А в частном письме он добавляет: «Зорич будет выдворен, но говорят, что он решительно настроен потребовать сатисфакции у того, кто его сменит. „Я понимаю, – говорит он, – что вылечу отсюда, но видит Бог, я отколочу того, кто займет мое место“[106]». Подозревая, что у «патрона» припасен новый кандидат, Зорич устраивает ему бурную сцену с грубой бранью и вызовом на дуэль. Потемкин отвечает презрительно на эту выходку и просит императрицу немедленно отделаться от смутьяна. В тот же вечер она передает гусару, что его присутствие во дворце более нежелательно и будет лучше, если он уедет. В ярости бросается он к любовнице за объяснением, но все двери заперты. Советы Потемкина, обещание выдать пожизненную ренту и дарственная на землю с 7 тысячами крепостных утихомирили обиду падшего фаворита. Он выезжает, а некий Римский-Корсаков, приведенный Потемкиным, робким шагом входит во дворец под ободряющим взором царицы. На смену ему придут другие.