Она вдруг набралась храбрости и решила встретиться с Му Дафу. После развода она его избегала, но сейчас пригласила на свидание сама. В воскресенье в четыре часа дня она встретилась с ним в книжном баре «Парчовый сад». Как только они уселись за столик, она тут же спросила:
– Почему ты считаешь, что я развелась с тобой из-за Шао Тяньвэя? Разве это случилось не из-за твоих походов налево?
Он, едва улыбнувшись, произнес:
– Когда я хочу достичь какой-то цели, то обычно подыскиваю какой-нибудь весомый аргумент, ты поступаешь так же. На самом деле ты уже давно любишь Шао Тяньвэя, просто сдерживала свои чувства, руководствуясь моралью. Чем больше ты в него влюблялась, тем сильнее тебя раздражал я, чем больше доверяла ему, тем меньше доверяла мне. Ты всегда искала повод расстаться со мной, а когда шанс представился, ты вдруг, наоборот, стала со мной сближаться. Все твои подозрения касательно моих измен – это не более чем подозрения, никаких весомых доказательств у тебя нет. Если бы я захотел сходить налево, это было бы не сложнее, чем написать статью, но вплоть до сегодняшнего дня я тебе не изменял, хотя мы уже и не супруги.
– Очень трогательно. К несчастью, все мои подозрения по делу «Большая яма» подтвердились. То же самое может произойти и с моими подозрениями в отношении тебя.
– Не думай, что, раскрыв несколько преступлений, можно раскрыть всю человеческую природу. Классифицировать и обобщить все чувства – разве такое возможно? Преступники, с которыми ты имеешь дело, – лишь ограниченное число социопатов, как они могут представлять все человечество? Чувства гораздо сложнее судебных разбирательств, так же как психическая деятельность гораздо сложнее, чем устройство Вселенной.
– У меня еще достаточно оснований, чтобы вывести тебя на чистую воду, Му Дафу.
– Положим, что так, но способна ли ты вывести на чистую воду себя?
«В этом и состоит корень проблемы», – подумала Жань Дундун. Ей действительно нравился Шао Тяньвэй, она запала на него с того самого дня, как он вышел на службу. Когда же в его кошельке обнаружилось ее фото, она поняла, что и он любит ее. Именно начиная с того момента ее все больше стал раздражать Му Дафу. Ей даже хотелось, чтобы он совершил нечто непотребное типа измены, чтобы потом было проще найти причину для развода. Она и подумать не могла, что необходимый сценарий ей подкинет ее же подсознание и вскоре она обнаружит, что он снимал номер в отеле. Поэтому она и вцепилась в него мертвой хваткой и принялась слой за слоем копаться в его психике, она проделала путь от маскировочного слоя к слою истинному, пока не добралась до глубинных болевых точек, едва не доведя его до погибели. По правде говоря, мало кто, включая ее саму, способен вынести подобные разбирательства, и она понимала, что для него это слишком тяжело.
Пока Шао Тяньвэй не одарил ее поцелуем, Жань Дундун считала, что ведет себя разумно; по крайней мере, она опиралась на свою систему принципов. Но после того, как Шао Тяньвэй ее поцеловал, все ее принципы рухнули, а сердце переполнилось чувством глубочайшей вины перед Му Дафу. Она и подумать не могла, что порожденная чувством вины «мучительная любовь» может быть настолько сильной. То же самое испытывали родители У Вэньчао, которые, мучаясь чувством вины, устроили сыну побег; Бу Чжилань, которая из-за чувства вины восстановила отношения с Лю Цином; Лю Цин, который из-за чувства вины явился с повинной; И Чуньян, который из-за чувства вины хотел упасть в ноги родителям Ся Бинцин.
– О чем задумалась? – спросил Му Дафу.
– Пытаюсь разобраться в себе… Ты все еще меня любишь?
– Люблю.
