– От судьбы не убежишь… Все вышло так… как и было предсказано… Но теперь… Прошу, спасись… Это все, чего я желаю… Будь свободна, Лекс… И знай… я всегда любил тебя, тебя одну…
В этот момент луна вышла из-за облаков, и ее проникший в палату бледный свет озарил лицо девчонки, пока та словно в забытье продолжала взволнованно твердить про себя слова утерянного пророчества. Неожиданно ее глаза встретились с блестящими от слез глазами Аргоса, который с великим трудом пытался приподняться с постели. И без того некрасивое лицо телохранителя перекосилось в страшной гримасе.
– Ты… Ты не Алексис!
Он издал приглушенный, но оттого не менее пугающий вопль и лишился чувств.
– Милорд? Аргос! Милорд!
Лу вновь схватила его пальцы, однако они оставались безжизненными; тормошила его, но он не подавал признаков сознания. Опустошенная, санитарка бессильно осела на пол, прижимая руки к полыхавшим щекам.
– Кто кричал? – вскочил в палату Вальтер, зажигая свет и осматриваясь.
– Лу, что случилось? – подбежала Вивис к девчонке, которая нетвердо поднялась на ноги. – Ты в порядке?
– Вы слышали? Слышали? Это был он! Он очнулся!
Вивис с Вальтером переглянулись.
– Аргос Юшес? – недоверчиво переспросил аркан. – Очнулся?
– Я позову Гвиневер, – кивнула шаотка, но Лу метнулась к двери быстрее и захлопнула ее:
– Нет, стойте!
Увидев в глазах подопечной лихорадочный блеск, граничащий с безумством, Вивис отступила на шаг назад.
– Послушайте… Это очень важно! Он на самом деле очнулся… и говорил!
– Как это произошло?
– Я не знаю, правда, не знаю! Я собиралась идти к вам, но… – она вдруг вспомнила, почему задержалась в палате, и схватилась за грудь. – Хартис… Это правда? Он?..
– Да, – мрачно подтвердила Вивис. – Несколько часов назад. Химеры неожиданно напали на небольшое поселение в стороне от Юза… Харт с горсткой солдат пытались защитить его. Кажется, им удалось спасти большинство жителей, но… Он… Людей в отряде было немного, потому что нападение было слишком внезапным, и он передал им все свои силы, чтобы они справились, но сам он… – Ее губы дрогнули, и она тяжело сглотнула, пытаясь прогнать ком в горле. – Он не смог себя защитить.
Пока его напарница вела сбивчивый рассказ, Вальтер осматривал больного на койке и слушал его дыхание.
– Я, конечно, не эксперт, – заключил он, – но выглядит все так, словно он в глубокой летаргии.
Как бы в доказательство своих слов он аккуратно приподнял кисть Аргоса и отпустил, и та безжизненно упала обратно на одеяло.
– Но вы ведь… вы ведь слышали его голос?
Вальтер в очередной раз обвел комнату озадаченным взглядом, убеждаясь, что кроме санитарки и больного здесь никого нет, и уточнил:
– Ты утверждаешь, что он говорил?
Внутри Лу распирало от переизбытка эмоций из-за информации, которую ей удалось узнать, но она изо всех сил постаралась взять себя в руки и собраться с мыслями. Если она будет выглядеть и говорить, как чокнутая, то ей не поверят.
– Да. Прошу, послушайте. Понимаю, как это звучит. Я бы и сама не поверила. Я ведь ухаживаю за пустыми столько времени, и ни один из них ни разу не очнулся. Но я видела, как он шевелился в постели. И действительно говорила с ним.
– На нем тестировали сегодня какое-то лечение? – нахмурилась Вивис, тоже подходя к койке и оглядывая Аргоса.
– Нет, в том-то и дело. Его уже давно не включали в списки испытуемых. Люмеры говорят, он так долго пробыл в летаргии и так истощен, что любое вмешательство может стать критическим. Я просто пришла ему немного почитать. А потом… он очнулся. И мне вдруг пришла идея. Я… я наврала ему. Выдала себя за Алексис.
Вивис и Вальтер уставились на нее со смесью удивления и сомнения.
– И он мне поверил. Он раскаялся. В том, что совершил убийство, хотя я… то есть, императрица, отговаривала его. Он сознался в убийстве Заниса, понимаете? Но это еще не все… Я смогла убедить его вспомнить слова утерянного пророчества. Он их знал, и он их произнес… «Чаройтовый артефакт ангелов превратит возлюбленного твоего Заниса в монстра, который принесет тебе погибель». Так он сказал.
Повисло молчание. Вивис и Вальтер погрузились в размышления, но вскоре оттуда их вырвали приближающиеся шаги. Девчонка отпрянула от двери, и в проеме возникла начальница отделения.
– Что случилось, Лу? Добрый вечер, – заметила она застывшую у постели Аргоса двоицу. – Уже поздновато для посетителей.
– Простите, леди Гвиневер, – смиренно склонила голову санитарка. – Они пришли за мной. Мы уже уходим.
Лу скрестила пальцы за спиной в надежде, что Вивис и Вальтер не скажут люмерке о произошедшем.
– Как он себя чувствует? – обратилась Вивис к Гвиневер, кивнув на пустого. – Нам показалось, с ним что-то не то.
Целительница вздохнула. Утомленная за день, она явно не хотела лишний раз напрягать исток, но все же приблизилась к койке и направила туда оранжевую ауру.
– Никаких изменений, – констатировала она, убрала руку и встала у двери, всем своим видом давая понять, что ожидает скорейшего ухода гостей.
