Лу также не смогла пошевелить руками, и это окончательно ввергло ее в панику. Нижняя половина тела, кажется, была в порядке, но с верхней что-то явно приключилось. Сердце колотилось, как бешеное. Лу заставила себя успокоиться, дышать размеренно, считая секунды между вдохами и выдохами. Во-первых, успокоила она себя, сердце бьется, а значит она жива. Во-вторых, с дыханием и слухом тоже все в норме. В-третьих, кажется, она может пошевелить ногой, а это уже прогресс…
Вдруг она почувствовала приближение приступа и крепко стиснула зубы. Но неожиданно песок, который задвигался в ее костях, не причинил никакой боли. Он стал свободно курсировать по скелету и вскоре растворился, словно сахар в чае. Могло показаться, что он исчез, но Лу поняла, что просто свыклась с этим ощущением, и поразилась, насколько легко ей это далось.
Так. Открыть глаза. Это тоже должно быть легко, верно? Лу решила начать с малого и открыть один. У нее получилось. Какое счастье, подумала девчонка и открыла второй глаз.
А потом еще один. И еще. И еще пару.
Ей стало дурно. Представшая перед ней картинка – знакомая морщинистая физиономия демона с рубиновым взором на фоне безмятежного лазурного неба, обрамленного зеленой листвой, – троилась. Лу попыталась поднести руку к лицу, и вроде бы у нее это вышло, но каким-то образом рука осталась лежать на чем-то мягком. Как это работало?
В голове звенело от тошноты. Изнутри поднимались мучительные спазмы. Наверное, Лу бы вырвало, но в ее желудке уже множество дней не было ни крошки. Дрожа всем телом, она вновь закрыла глаза… все глаза, мечтая очнуться от этого кошмара.
– Жалкое зрелище, – заключил старик. – Хотел бы я понянькаться с тобой, да не могу. Каждый мой чих строго регламентирован контрактами. Я вернул тебе истинный облик, и наша сделка выполнена, поэтому Ад зовет меня назад, в свои чудесные объятия. Оставаясь здесь дольше, я испытываю недюжинные страдания. Надеюсь, ты ценишь все, что делает для тебя милостивый мессер. – Глядя на то, как Лу безуспешно пытается перевернуться на бок, демон усмехнулся. – Тяжелый случай. Можешь, конечно, и дальше тут прохлаждаться, пока людишки в Реверсайде умирают… или возьмешься уже за дело, заноза? Пока ты лежала в отрубе, я тут немного осмотрелся. – Он беспокойно побарабанил по набалдашнику своей трости, окидывая алым взглядом окружающее пространство. – Эти монстры, кажется, начали с Эдена – разорили все, камня на камне не оставили. Но сейчас, на твое счастье, их в округе не видно – должно быть, сочатся прямиком в трансмост.
Картинка перед глазами продолжала троиться, но даже так Лу, стоило ей наконец принять полусидячее положение, смогла разглядеть нечто ужасающее. Верхняя часть ее хитона была порвана с боков, и, хотя девчонка опиралась на локти, еще две пары лишних рук свободно лежали вдоль ее туловища на белой подстилке из перьев. Начиная с росшей из плеч верхней пары, они располагались друг под другом и, хотя выглядели на удивление пропорционально, эта очевидная патология заставила Лу содрогнуться от омерзения. Возникало лишь одно желание, назойливо пульсирующее в голове – поскорее разжиться чем-нибудь острым, чтобы отсечь все лишнее. Не в силах мириться с происходящим, Лу запрокинула лицо к небу и глухо застонала.
– Эй, отрыжка орфов, – демон наградил ее еще одной оплеухой, но уже не для того, чтобы пробудить, а чтобы привести в себя. – Ты вообще хоть слово понимаешь из того, что я тут толкую?
Лу ощутила острую необходимость собраться во всех возможных смыслах этого слова: с силами, с мыслями, с духом. Память возвращалась, причем значительно быстрее, чем тогда в лагере; девчонка вспомнила, как сжала в ладони помолвочное кольцо, стоя в последний раз во дворе особняка на Бамбуковой аллее, и как позже по настоянию Вивис вернула его на палец. Интересно, оно все еще там? А если да… то на какой из рук?
Нежелание смотреть на собственные избыточные конечности пересиливало любое любопытство. Да и сейчас это было не важно. Главное – Лу вспомнила, почему она здесь. Ради Хартиса. И ради него она должна продолжать бороться. Для начала, похоже, ей следовало принять то, что Вивис была во всем права.
– Игла… – прохрипела она, обращаясь к недовольно ворчавшему под нос старику, который высматривал что-то вдали. – Она здесь?..
– А ты что, не чувствуешь? – вновь присел на корточки мессер, перекашивая морщинистое лицо в удивленно-презрительной гримасе, и в очередной раз повторил: – Н-да, тяжелый случай. Она в Долине Истин, в трех квадратах отсюда, – он неопределенно махнул куда-то в сторону. – Вообще говоря, этот мир пространственно зациклен, так что куда бы ты ни пошла, рано или поздно на нее наткнешься. Уж поверь, ее не проглядишь… Если, конечно, ты сможешь хотя бы встать и посмотреть. Эй, возьми уже себя в руки – во все свои руки, черт подери. Не заставляй меня думать, что всему Реверсайду крышка из-за тебя.
– Как… мне… уничтожить ее?
