Он обернулся в сторону звука и увидел, как неподалёку, у самого большого костра, стоял человек. Высокий, худой, с серебряными волосами и одеждой, которая слишком сильно напоминала земные монашеские одеяния. Он стоял на возвышенности, рядом с ним лежала старая книга, и говорил — не громко, но достаточно чётко, чтобы его слышали все вокруг.
— Вы думаете, что забыты, но Всевышний слышит каждого. Вы страдаете, но страдания очищают вас. Скоро мы увидим рассвет, который принесёт новую жизнь…
— Опять он, — тихо сказала Лили, не поворачивая головы.
Рикард приблизился к ней, скрестил руки на груди и посмотрел на проповедника.
— Кто он?
— Человек с Земли, — Лили наконец повернула голову и посмотрела на него. — Его называют просто Проповедником. Он приходит сюда каждую ночь и говорит… о вере, о спасении. О том, что даже у тех, кто потерял всё, есть надежда.
Рикард усмехнулся.
— Надежда? На этой планете?
Лили пожала плечами.
— Бездомные слушают его. Им нужен хоть кто-то, кто скажет, что всё не зря.
Рикард снова посмотрел на худого человека у костра. Тот продолжал говорить, и несколько лотакийцев, сидящих вокруг, молча кивали, кто-то прикрывал глаза, словно молился, а кто-то просто грел руки у пламени.
— Странное время, — тихо сказал Рикард. — Когда люди ищут ответы в старых книгах, а не в поступках.
Лили посмотрела на него внимательно.
— Ты тоже ищешь ответы, Рикард.
Он не ответил.
Его взгляд снова скользнул по толпе бездомных, по теням на стенах, по далёким огням разрушенного города.
Где-то там, среди этих развалин, скрывался человек, которого он должен был найти.
Человек, которого он ненавидел.
Человек, которого он собирался убить.
Но пока что он просто стоял в темноте лотакского рынка и слушал голос пустоты.
— Он говорит интересно, — задумчиво сказала Лили, глядя на проповедника. — Если действительно прислушаться, можно найти много полезного в старой мудрости.
Рикард усмехнулся.
— Мудрость тоже имеет свойство рассыпаться по старости.
Лили фыркнула, но не стала спорить.
Проповедник всё ещё продолжал говорить, его голос был ровным и спокойным. Казалось, ему было всё равно, слушают его или нет, верят ему или нет — он просто говорил.
— Ласточка передала мне кое-что, — тихо сказала Лили, опираясь на металлическую балку разрушенного павильона.
Рикард посмотрел на неё внимательнее.
— Что именно?
— Сюда приходят Слуги Протона.
Рикард нахмурился.
— Это еще кто?
— Фанатики. Гинштайна. — Лили склонила голову набок, словно прислушиваясь к далёкому звуку. — Они верят, что растворившись в протонных творениях Майка Гинштайна, они спасут свою душу. Их не пугает смерть, потому что они думают, что после растворения они станут частью чего-то великого.
Рикард провёл ладонью по бороде.
— Безумцы.
— Может быть, — Лили пожала плечами. — Но они приходят сюда каждую ночь. И знаешь, что они делают?
— Дай угадаю, — сухо сказал Рикард. — Пинают этого бедолагу.
Лили кивнула.
— Им не нравится, что он говорит о спасении другим путём. Они ненавидят всё, что идёт вразрез с их верой.
Рикард посмотрел на проповедника с новым интересом.
— Так, может, они для нас полезны?
— Именно. — Лили выпрямилась и взглянула на Рикарда с лёгкой улыбкой. — Если мы их допросим, то, возможно, узнаем, где искать Майка Гинштайна.
Рикард снова посмотрел на костёр, у которого сидел проповедник. Он всё ещё говорил, а вокруг него сидели бездомные лотакийцы, слушая его вполуха.
— Когда они приходят?
— Скоро. — Лили внимательно следила за толпой. — Думаю, через пару минут.
Рикард вдохнул полной грудью холодный ночной воздух.
— Ну что ж. Давай посмотрим, каково это — искать спасение через смерть.
Он проверил свой пистолет, Лили сделала то же самое.
И они стали ждать.
Ночной рынок жил своей обычной жизнью: вонь немытого тела смешивалась с гарью костров, мерцающий свет ламп в старых лотакских павильонах дрожал от едва заметного ветра, а где-то вдалеке раздавались приглушённые голоса торговцев, пытающихся продать остатки своего товара.
Рикард стоял в тени, держа руку на кобуре, и внимательно следил за проповедником. Глаза его горели странной, непоколебимой уверенностью.
— Знайте, что каждый из нас ценен, — говорил он негромко, но отчётливо. — Не позволяйте тьме затмить ваш разум. Не позволяйте ложным пророкам увлекать вас на путь уничтожения!
— Он умеет красиво говорить, — шепнула Лили, стоя рядом.
Рикард пожал плечами.
— Красивые слова ничего не значат. Важнее, кто за ними стоит.
Лили хотела что-то ответить, но вдруг насторожилась.
— Они здесь.
Из переулка появилась группа людей в тёмных одеждах. Их лица были исхудалые, глаза — пустые и безразличные, как у тех, кто давно отказался от собственной воли. Их было шестеро, и они двигались неторопливо, но с каким-то странным единством, словно один разум управлял их телами.
— Слуги Протона, — тихо произнесла Лили.
Фанатики приблизились к костру и замерли перед проповедником. Тот не двинулся с места, только поднял на них спокойный взгляд.
— Что ты здесь делаешь? — спросил один из них, высокий лотак с тёмными впалыми глазами.
— Я говорю о надежде, — ответил проповедник.