Эхо древних богов полностью

— Мы не создавали вас, но, например, создали селачиантропусов — тех самых «акуломордых», что пытались защитить Нексус. Это был один из наших экспериментов. Они должны были следить за этим местом, не пускать сюда примитивные формы жизни вроде вас.

Лаврентий нахмурился, ошеломлённый этим откровением:

— А как же Моргарас? Великий бог моря, создатель этих существ, как утверждают легенды. Неужели это миф?

Дежурный взмахнул щупальцами, и его мысли проникли в их головы с особенной тяжестью:

— Моргарас — это вовсе не бог, а наш генетический комбинат. Его предназначение — создание разумных существ для различных экологических ниш. Но эксперимент пошёл неправильно. Нарушения в Ментальной Вселенной вызвали сбой в его системах, а ваша раса теперь возвела это в культ.

Самсон и Лаврентий замерли, осознавая масштабы услышанного. Казалось, их мозги плавились от избытка информации, которая рушила все их представления о мире и его божествах. Каждый из них чувствовал, как привычные основы их реальности дрожат, словно земля под ногами. Глезыр, глядя на их бледные лица, снова отпил из фляги и пробормотал:

— А я всё ждал, когда этот кальмар начнёт говорить что-то попроще.

Лаврентий задумчиво вспоминал тело Элиары, застывшее в зловещем облике, и мысли кружились в его голове, как водоворот. Он чувствовал, что её намерения были искажены, что, возможно, она пыталась не допустить пробуждения Дежурного, но оказалась запутана в своих собственных страхах и амбициях. Или же служила силам ещё более чуждым и зловещим, чем те, с которыми они только что столкнулись. Лаврентий закрыл глаза, и на них навернулись слёзы. Его мысли обрушились на него с силой бури: «Что же мы натворили!»

Едва он это подумал, в его сознании прорезался голос Дежурного, резкий и сухой:

— Да, в вашем мире есть существа, которые знают о нашем существовании. У них свои цели и методы.

Лаврентий содрогнулся от этого вмешательства. Вдруг, словно охваченный жаждой узнать горькую правду, он бросил свой вопрос, не до конца осознавая, к чему это приведет:

— А Святая Матерь? — голос священника задрожал. — Она тоже — ваше творение? Какой-то очередной комбинат или эксперимент?

Вопрос заставил Дежурного на мгновение замереть, как будто он по-настоящему задумался. Когда он снова заговорил, в его голосе чувствовались новые, едва уловимые нотки:

— Святая Матерь… О такой сущности мне ничего неизвестно. Возможно, она является существом из четырёхмерной вселенной, доступной лишь для более развитых форм жизни. Да, существуют вещи, которые всё ещё непостижимы даже для нас, но в этом и есть суть прогресса и эволюции — в постоянном поиске непознанного.

Лаврентий замер, осмысливая эти слова. Он был поражён, что даже это существо, полное знаний и древности, признает существование высшей силы, которую не может постичь. Он почти улыбнулся, ощутив слабый проблеск надежды. Если даже эти существа не знают всего, возможно, в их мире действительно есть место для чудес, которые превосходят любую науку.

Но затем он вспомнил, что Дежурный собирается стереть их память, и ужас заполнил его. Он посмотрел на металлические стены подводного комплекса и ощутил, как сжимает его грудь. Они могли никогда не узнать, что станет с их миром после того, как Древние примут своё решение.

«Знать страшно, но не знать — опасно».. Эта мысль ударила его с такой силой, что он едва не зашатался. И тут священнику пришла в голову безумная идея, которую нельзя было выдать.

Он схватился за свой амулет и прошептал древнюю молитву. Это было заклинание, которое он вспомнил в момент отчаяния, когда психокраб убил матроса. Он надеялся, что теперь оно поможет ему защитить свои мысли от телепатии. Белый свет, едва видимый, окружил его голову, как защитный кокон.

Последнее, что он услышал от Дежурного, прежде чем погрузиться в собственные мысли, было:

— Миллион лет назад наши предки покинули планету, которую мы называли Терра…