Охотники пригласили путников к своему костру, где ярко горело пламя, разгоняя тени и подсвечивая лица дикарей. Тепло огня приятно разливалось по телу, отгоняя сырость, накопленную в лесу. Друзья уселись вокруг огня, наблюдая за дикарями, которые осторожно пробовали хлеб, отломленный для них Галвиной. Те с любопытством понюхали ломоть, а потом откусили по кусочку, видимо, впервые пробуя подобную еду. Их глаза удивлённо распахнулись, когда вкус хлеба пришелся им по нраву.
Гругг продолжал вести беседу с охотниками на смеси языка огров и местного диалекта, а затем переводил напарникам суть разговора. Смелая Птица и Зеленый Камень оказались братьями, охотниками своего племени. Они никогда не уходили так далеко на восток, опасаясь бледных людей. Однако, как рассказали братья, дичь теперь стала редкой, и они вынуждены рисковать, продвигаясь все дальше от своей деревни.
Лаврентий, заметив возможность узнать больше о жизни этих людей, поднялся на колено и с интересом предложил Груггу:
— Спроси их, что они думают о бледных людях. Как они нас воспринимают?
Гругг задал вопрос, и охотники, нахмурившись, заговорили, обращаясь к костру, словно собирали свои мысли. Гругг перевел:
— Бледные люди пришли много лун назад. Они говорят, что это бессмертные демоны. Некоторые из их племени думали, что они боги, и ушли к ним. Но назад уже не вернулись. Старейшины говорят, что ушедшие живут среди бледных людей и сами превращаются в них. Бледные люди носят блестящий камень, и копья не могут их убить.
Галвина ухмыльнулась, поняв, что речь идет о железе, которое они и сами носили с собой. Дикарям оно и впрямь могло казаться чем-то сверхъестественным.
Внезапно Гругг нахмурился, переводя дальнейший рассказ охотников. Он обернулся к своим спутникам и с удивлением сообщил:
— Кажется, их вождь, Зубастая Черепаха, пригласил морского духа, чтобы он защищал их племя от бледных людей. Но этот дух, похоже, сам охотится на животных, из-за чего охотники вынуждены искать добычу все дальше от деревни.
Элиара наклонилась ближе к Груггу и прошептала:
— Похоже, мы нашли нашего «вампира». Морской дух, говоришь? Звучит как что-то магическое, но едва ли это настоящий дух. Наверное, это какое-то существо, которое дикари принимают за сверхъестественное.
Торрик недоверчиво хмыкнул, крепче сжимая рукоять своей секиры.
— Морской дух, который пьёт кровь животных? Да зачем ему это?
— Возможно, они просто не понимают его истинной природы, — задумчиво произнесла чародейка, глядя на пламя. — Он может выглядеть как нечто неземное для тех, кто не видел магии и чуждых существ.
Галвина внимательно слушала и вдруг прищурилась:
— Если мы сейчас скажем, что направимся к их деревне, охотники пойдут с нами и предупредят своих. Могут подготовить ловушку или спрятать своего «морского духа».
Она помолчала, обдумывая, а затем продолжила:
— Мы сделаем вид, что уходим назад к своему кораблю, а потом свернём с пути и пройдём к их поселению другим маршрутом. Это даст нам элемент неожиданности.
Гругг перевел её слова охотникам, сказав, что они благодарят их за гостеприимство и будут возвращаться обратно. Смелая Птица и Зеленый Камень с облегчением закивали, видимо, они и сами не хотели сопровождать чужаков к своему племени. Отряд встал на ноги и, обменявшись прощальными жестами с охотниками, пошел в сторону, откуда пришёл.
Но стоило им скрыться за скалой, как Галвина жестом приказала изменить курс и свернуть в густую чащу леса, чтобы обогнуть охотников и направиться прямиком в деревню дикарей.
— Теперь наша цель — добраться туда до заката и выяснить, что за духа они пригрели у себя на груди, — шепнула она, вынимая из ножен меч и прокладывая путь сквозь кустарник.
Друзьям пришлось вернуться назад, затем сделать крюк и войти в лес, надеясь, что Смелая Птица, Зеленый Камень или их соплеменники не преградят им путь. Торрик ворчал, что время уходит, и тени леса становятся длиннее, сгущая сумерки.
— Да уж, темнеет быстро, — бурчал гном, ударяя палкой по кустам. — Мы бы уже могли вернуться с этой затеей на корабль и отдохнуть. А если этот дух окажется просто ещё одной ящерицей?
Элиара остановилась и обернулась к нему:
— Наоборот, ночь нам на руку. Если этот дух охотится по ночам, возможно, днем он прячется или спит. А вот сейчас мы его точно увидим, когда он явится на зов вождя.
Галвина осторожно отодвинула ветку, за которую цеплялись её волосы.
Чародейка ответила с усмешкой:
— А я собрала их в пучок! Видишь, иногда магия не нужна, чтобы избежать проблем с кустами!
В лесу становилось всё темнее, и каждый шаг путников начинал звучать громче, будто сама земля выдавала их присутствие. Они старались двигаться осторожно, не нарушая ночной тишины, но вскоре пришлось выйти ближе к краю леса, чтобы избежать слишком плотной чащи. Факелы зажечь они не решились: свет мог выдать их позиции.
Глезыр прищурился, сверкнул зубами в темноте и заявил:
— Вам повезло, что у вас есть я! Моя природная особенность — видеть в потемках гораздо лучше, чем вы!
Торрик хмыкнул:
— Наконец от тебя есть хоть какая-то польза, хвостатый!