— Может быть, эти дикари никогда не были частью той цивилизации. Вполне вероятно, что когда континент Атоллии разрушился, они жили на соседних островах и лишь позднее перебрались на те, где раньше процветали города и храмы. Но наследниками древней державы они точно не были — слишком многое их отделяет.
Лаврентий, который прислушивался к их разговору, покачал головой и сказал с грустью в голосе:
— Жаль, что мы не остановились и не исследовали брошенную деревню на Черном Сердце, пока дикари не вернулись. Кто знает, какие там могли бы остаться знаки или свидетельства их веры? Если эти земли когда-то были захвачены демонами, вполне возможно, что здесь до сих пор тянется тень Пириона Оскверненного. И если бы мы могли спасти этих людей от его влияния, это было бы богоугодным делом.
Элиара внимательно взглянула на него и спросила, нахмурив брови:
— А кто такой этот Пирион Оскверненный? Я, признаться, не слишком хорошо знаю нюансы веры материковых народов. Мы тут на Атоллии больше о духах моря говорим, чем о ваших богах.
Лаврентий покрыл себя знаком солнца и заговорил с благоговением, но и с печалью:
— Пирион был создан самой Святой Матерью, как ее брат. Она сотворила его, чтобы он помогал ее чадам обустраивать этот мир. Он учил людей разжигать огонь, строить дома, прясть ткани. Но зависть охватила его сердце, и он заключил сделку с демонами из другого мира, когда они вторглись в Северный Альдор. С тех пор он стал их покровителем и носит имя Оскверненного. Пирион искушает живых существ демонической магией, обещая силу и могущество, но сила эта пожирает их души и превращает в демонов самих ее обладателей.
Элиара задумчиво посмотрела на линию горизонта, где плясали белые гребни волн:
— Знаешь, Лаврентий, мы здесь, на Атоллии, веками жили без всяких Пирионов и отлично себя чувствовали. А вы, на материке, вечно живете в страхе перед своей же мифологией.
Лаврентий, глядя на море, вздохнул и с горечью в голосе ответил:
— То, что ты не знаешь о дьяволе, ещё не значит, что дьявол не знает о тебе. Иногда опасность приходит совсем не оттуда, откуда ее ждешь. Вспомни хотя бы то жуткое чудовище, которое мы встретили на Черном Сердце. Кто знает, сколько еще подобных созданий скрывается под волнами этого океана?
Элиара посмотрела на него со смесью сочувствия и скептицизма:
— Вот так и живем, Лаврентий. Ты боишься невидимого, а я — того, что может оказаться передо мной. Но с другой стороны, мне даже любопытно: а что же мы найдем в этих новых землях?
Лаврентий грустно улыбнулся, глядя на далекий манящий горизонт:
— Надеюсь, не то, что оставило следы в этих заброшенных деревнях и разрушенных храмах. Пусть лучше нас там ждет новая земля и новые надежды, а не новые кошмары.
Элиара промолчала, но в ее взгляде мелькнула искра интереса — словно тайны, скрытые за горизонтом, звали ее.
Корабль «Рыба-меч» продолжал свой путь, рассекая волны. В полуденный зной на горизонте показался небольшой пиратский барк, ветры наполняли его паруса, и Самсон, настороженный, взял подзорную трубу, чтобы лучше разглядеть чужаков. Он заметил, как с их борта тоже наблюдают за его кораблем. Что-то в их манере движения и настойчивости взгляда вызывало у капитана беспокойство.
— Хм, чего им от нас надо? — пробормотал Самсон себе под нос, но продолжал следить за пиратским судном. Когда корабли начали расходиться, он заметил мелькнувшую в небе маленькую темную точку, которая быстро удалялась от пиратов.
— Почтовый голубь, черт возьми, — выругался он. — Кому-то передают весточку.
Чувство тревоги не оставляло капитана, и он сразу же позвал к себе Торрика. Гном, всегда находившийся неподалеку от боевых орудий, появился почти мгновенно.
— Готовь бомбарду, Торрик, на всякий случай. Кто знает, что эти пираты задумали? — сказал капитан.
Торрик прищурился и усмехнулся, потом обвел взглядом палубу и с заметным недовольством поинтересовался:
— А что, пушек так и не купил, как я тебе советовал? Одной бомбарды тебе мало будет, если дойдет до боя.
Самсон устало покачал головой, признавая свою ошибку. Торрик с досадой топнул ногой по палубе:
— Ах, вы, люди, такие наивные! На море пушек много не бывает! Пока можешь, вооружайся как следует, а не надейся на мирные прогулки по волнам.
Самсон приподнял бровь, услышав этот совет, и решил больше узнать о прошлом гнома:
— А откуда это тебе, гному, знать, как лучше воевать на флоте? Ты же вроде наемник, не адмирал.
Торрик вздохнул, будто снова вернулся в прошлое, которое старался забыть, и начал свой рассказ: