Гелла в последний раз окинула взором просторную Площадь Королей, являвшуюся центром торговой и общественной жизни карифской столицы. Еще несколько мгновений и она сядет в омнибус, который тайно повезет ее в Геакрон. А после… Либо будет заключен исторический союз, либо она потерпит неудачу, которая навсегда докажет ее неспособность к участию в важных, серьезных мероприятиях.
Карл Вилдерс вручил ей свиток, перевязанный красной лентой. На этой бумаге было изложено желание карифского Правящего Совета заключить военно-политический союз с Геакроном, и наделить Геллу Брастолл полномочиями посла. Внизу значились подписи членов Совета, поддерживающих идею союза.
— Этой грамотой ты не завоюешь благосклонность Дзара, — объяснял Гелле заметно взволнованный Карл, — но, по крайней мере, он выслушает тебя. Будь смелее! Дзар в тупике, он сам жаждет этого союза. Не рань сильно его гордость, и все пройдет гладко. Я верю в тебя, девочка! Твой отец еще будет гордиться тобой, помяни мое слово! Ну, нам пора проститься. Тебя будут сопровождать надежные люди. Удачи!
Вилдерс крепко обнял ее на прощание, как родную дочь. Было видно, что старик расчувствовался, и даже не особенно пытается скрыть это.
Геллу тоже переполняли чувства — она ощущала себя на пороге чего-то по-настоящему судьбоносного. Слова Карла несколько смутили ее, она лишь что-то пробормотала на прощание и, схватив грамоту, поспешила залезть в карету.
Кучер тронул лошадей, и повозка двинулась в путь.
Карл Вилдерс еще долго стоял, неподвижно глядя вослед удаляющемуся омнибусу, и Гелла тоже оборачивалась на него, глядя из-за шелковой занавески. Ее слегка удивило, почему жена Карла не пришла вместе с ним, хотя тот утверждал, что именно Азелина сыграла значительную роль в организации поездки Геллы.
Эти два дня Гелла изо всех сил старалась вести себя естественно с родными. Она очень переживала из-за предстоящего события, продолжала корить себя за то, что не смогла уговорить отца пойти на сближение с Геакроном, и почти все время проводила в своей комнате.
И все же братья с отцом заподозрили что-то неладное в поведении Геллы: часто интересовались, здорова ли она, и гадали о том, что за перемена произошла в ней после злополучного путешествия в Союз Побережья.
Но вот — все они остались позади. Отец, братья и Карл Вилдерс со своей женой…
С Геллой остались лишь двое провожатых и кучер, управлявший омнибусом.
Один из ее спутников был полноватый мужчина, гладко выбритый с маленькими бледно-голубыми глазками.
— Доко Трирр, — поспешил он отрекомендовать себя Гелле, протягивая свою белую пухлую ручку. Гелла почему-то ни на мгновение не усомнилась, что перед нею представитель аристократического сословия. — А это, — он указал на угрюмого усача лет тридцати, — Доко Кастми.
— Рада знакомству, — скромно улыбнулась Гелла. — Расскажите мне о подробностях нашей поездки. Каким маршрутом мы будем добираться до Геакрона?
Доко Трирр неприятно ухмыльнулся, как будто Гелла спросила что-то наивное и притом весьма забавное.
— Мы поедем через Гируллак и Ликрийские поля, — ответил мужчина, продолжая приторно улыбаться, — но эти детали не должны волновать госпожу Брастолл.
— Я должна быть в курсе всех деталей, — отозвалась Гелла с холодной учтивостью.
— Непременно, — наклонил голову Трирр, как-то ехидно скривившись.
Человек этот сразу не понравился Гелле, однако она понимала, что не может проявлять недоверие к людям, которых предоставил ей доко Вилдерс, старый и уважаемый друг ее семьи.
Второй попутчик Геллы, доко Кастми, имел вид весьма скучающий, и, похоже, вообще не особенно интересовался ее персоной, впрочем, как и предприятием, в котором ему предстояло принять участие.
Спустя примерно полчаса омнибус Геллы выехал за пределы городских стен Дакнисса. Перед путниками открылись красоты карифской природы: быстрые ручьи, зеленые холмы, живописные кедровые рощи. Территория вокруг столицы была довольно густо населена: здесь располагалось огромное количество селений и хуторов. Вдоль дорог и на площадях кипела оживленная торговля. Пару раз на пути повозки встретились отряды солдат армии Карифа. В руках одного из воинов Гелла увидела государственное знамя: белый бык на красном поле.
«Страна готовится к войне, — угрюмо подумала Гелла. — Воинские подразделения стягивают в приграничные области».
Она бросила последний прощальный взгляд на удаляющиеся стены родного города, после чего уже окончательно решила не предаваться мрачным мыслям.
Однако это было не так просто.
«Отец будет в бешенстве, когда узнает о моем исчезновении, — вспомнила Гелла. — А доко Вилдерс даже не сможет сказать ему правду обо мне, так как в этом случае навлечет на себя его гнев. В семье начнется хаос… Может ли быть так, что сейчас я совершаю величайшую ошибку в своей жизни?»
На этот вопрос Гелла не могла знать ответ.
