Страж спешно ретировался, вспоминая истории о том, что иногда Хуоджин во сне непроизвольно активировал свое родовое дзюцу и выпускал в воздух страшный яд. Ему то что, только проснется, а прислуге и страже -- смерть. Потому-то Хизако и сбежала так спешно. Да и охране лучше побыть снаружи.
Торговый караван, везший в соседний регион награбленные бандитами ценности из Агемацу, остановился на ночь в небольшой заснеженной долине, которой приходилось часто служить пристанищем подобным гостям. Ириэ Масакадзу проследил за тем, чтобы стражи хорошенько подлатали старые каменные стены, вместе с начальником охраны обошел расставленные посты и только после этого расположился на отдых сам. Человек привычный к опасности и несущий в себе измененный геном, он мог обходиться без сна несколько суток, поэтому, когда его потревожили, главный торговец каравана не выказал ни тени слабости и поспешил следом за позвавшим его капитаном.
- По склону полз к дороге, - сказал один из патрульных самураев, что должны были ходить вокруг стоянки и высматривать бандитских шпионов. Места были еще свои, и нападений на караван ожидать было глупо, но служба есть служба и порядок должен соблюдаться.
У стены сидел, слабо вздрагивая и тяжело дыша, искалеченный человек. Даже беглого взгляда на него было достаточно, чтобы понять, как близок он был к смерти. Ноги раздроблены, левая рука отсечена у самого плеча. Ранения не свежие, обработаны и перебинтованы основательно. Бедолаге кто-то помог после получения увечий.
- Приведите его в чувство. Он был один?
- Да. Мы проверили по следам, его укрытие выше по склону. Он лежал там с радиомаяком и несколькими печатями-сигналками, но бумага отсырела, и схемы не сработали. Поэтому пополз сам. Потерял сознание при нашем приближении, видимо, действие обезболивающего давно прошло и держался он на одном адреналине.
Медик вколол раненому болеутоляющего, а затем щедро излил на него целебную энергию Ци. Когда бедолага шевельнулся, главный торговец поднес к губам полузамерзшего калеки флягу с горячим тонизирующим напитком, и калека с трудом открыл глаза.
Несколько минут ушло на знакомство и объяснения.
- Я из группы специальных агентов клана Томинага, - говорил искалеченный шиноби. - Моя группа преследовала особо опасного преступника, укрывающегося в этом регионе, но три дня назад мы столкнулись с патрулем... солдат лорда Хуоджина. Нам удалось скрыться от них, но я был серьезно ранен в бою и... мои товарищи продолжили выполнение задание без меня. Они должны были вернуться... день назад. Но... но судя по всему, что-то им помешало. Вынужден просить вас о помощи, или... или мое имя тоже будет внесено в списки погибших...
- Вы преследовали опасного преступника? - задумчиво произнес Масакадзу. - Не о Томинага Такеджи ли идет речь?
- Вы встречались с ним? - глаза шиноби немного расширились. - Где? И... он был один?
- Мы пересеклись ненадолго в придорожном поселении недалеко от Агемацу. С ним была молодая леди, Сайто Мицуми.
- Значит, перехватить его наш отряд не успел... - шиноби закашлялся и, тяжело дыша, закрыл глаза. - Но странно, что девушка все еще была с ним. Видимо, сообщница... проклятье...
- Что натворили эти двое?
- Прошу простить меня, господа, но... - сознание покидало раненого шпиона. - Огласка может повредить чести клана Томинага. Могу сказать лишь что этот человек... крайне опасен... особенно для... женщин.
Ао указал Кицунэ последовательность смены постов в башнях, и потому оборотница подходила как раз ко времени, как начинало действовать зелье. Стражи принимали ее за подругу генерала и не удивлялись тому, что хозяйка "стимуляторов" пришла проверить действие препаратов, а когда начинали чувствовать неладное и пытались поднять тревогу, Кицунэ быстро и без шума обезвреживала их.
Одну за другой оборотница зачистила башни и уложила спящих стражей в теплых комнатах, а затем что было сил помчалась к загону для рабов, едва успев пинком ноги отбросить трясущуюся руку теряющего сознание бандита от кнопки сирены тревоги.
- Девчонка-то ураган! - с ухмылкой похвалил Ао, издали наблюдая за тем, как оборотница сдвигает металлический засов на двери и исчезает во тьме подземелья. - Сама все сделала, ни разу вмешиваться не пришлось. Ну, теперь только проводить ее вместе со спасенными до ворот и убраться отсюда самим.
Прошла минута, вторая, пятая, и вдруг Ао громко выкрикнул, заставив Сингэна и Мей схватиться за оружие. Сенсор принялся отдавать указания, Сингэн уже устремился к загону для рабов, но вдруг все трое замерли.
Стену загона с грохотом вывернуло наружу. Так, словно изнутри в нее ударил таран осадной машины. Камни со свистом полетели во все стороны и градом обрушились на близлежащие строения.
Стражи у дверей дома Хуоджина удивленно отпрянули, а затем бросились на помощь своему господину, который, открыв дверь, буквально вывалился наружу.
- Хуоджин-сама! - воскликнул один из бандитов, в числе остальных помогающий генералу подняться. - Что с вами?
- Эта... проклятая стерва... - прохрипел Хуоджин. - Отравила меня! Где она? Где эта тварь?!
