- Да, это уже не детские шутки, - вздохнул дед. - Или кто-то с гендзюцу играется, или в еду нам что-то подмешали. Испытываете на безответной бедноте галлюциногенные препараты? Ладно, куноичи-сама, делайте что хотите, издевайтесь и смейтесь над стариками, мы уже свое пожили...
Сияя улыбкой, юная жрица вложила веточку сакуры в послушно подставленную ладонь старика, а затем вдруг легко, словно пушинка на ветру, отскочила и повисла в воздухе, метрах в пяти от земли.
- Приходите в парк! - крикнула она. - Великий Кинрю, бог шести храмов, созывает всех на грандиозный праздник! Весна! - девчонка принялась кружиться на месте, размахивая рукавами кимоно, плиссированной тканью хакама и... длинным, пушистым, собачьим хвостом. - Весна пришла! Весна!!!
Сорвавшись с места, она умчалась прочь, оставив шокированных стариков стоять у дверей дома.
- Инуками... - сказала жена плотника, глядя вслед нарушительнице спокойствия. - Это же Инуками! Ты видел, Веймин? У нее хвост собаки!
- От зелий шиноби хорошо бы у нас самих что-нибудь лишнее не выросло, - ответил старик. - Однако странно, Наруми, что у нас с тобой одинаковые галлюцинации. Или ты просто спишь сейчас в кровати, а то, что мы стоим у двери, кажется только мне?
Старуха хотела ответить, но вдруг с изумлением указала на веточку в руках старика.
- Веймин, смотри! Она расцветает!
- Весь город накрыло? - Сингэн подошел к выходу из храма и окинул взглядом ночные виды.
- Храмы удачно расположены, - отозвался Ао. - До самых отдаленных участков волна позже докатилась, но накрыло всех.
- Пожаров не случится? Если в момент удара кто-то в руке горящий фонарь держал, масло может расплескаться и полыхнет все вокруг.
- Обижаешь. Пока человек способен нанести себе вред падением, гендзюцу его не захватит.
- И как быть с теми, кто сейчас на улице? Замерзнут насмерть.
- Золотая Ци станет той энергией, что согреет их. Если бы мы обратились за помощью к демонам, дело закончилось бы горами трупов, но Кинрю-сама прямая противоположность матриархам. Методы акума и ками разнятся чуть больше, чем полностью. Сила, которую я обрушил на город, никому не причинит вреда.
Цветы сакуры разворачивали лепестки, и по мере того, как раскрывались цветы, изменялся весь мир вокруг. Заиграл живыми красками снег, по неведомому волшебству растаяли в небе мрачные серые облака.
- Веймин... - Наруми смотрела на то, как окутанный золотистым светом, ее муж на глазах молодеет. Как сходят с его лица морщины и волосы, давно поседевшие, вновь обретают утраченный насыщенный цвет.
- Наруми... - вздохнул Веймин, украшаясь румянцем смущения, видя рядом с собой молодую девушку удивительной красоты, в которой без труда угадывались черты той, что была одной из самых близких ему людей.
Внезапно ворвавшаяся волшебная весна оживила чувства, затаившиеся в сердцах стариков, и, вспоминая самые счастливые моменты совместной жизни, они обняли друг друга. Старая, ветхая одежда обратилась в роскошные одеяния. Молодость и красота вернулись. Наслаждаясь каждым мгновением чудесного видения, Веймин и Наруми любовались друг другом пару бесконечных минут, а затем молодой мужчина склонился, и двое, что могли быть приняты за богов благодаря своей красоте и озаряющему их изнутри золотистому свету, соединились в долгом поцелуе.
Великий дракон Кинрю, видевший на своем веку немало удивительных празднеств эпохи Единства и слишком долго дремавший в храмах Сихоро из-за захватывающих мир темных энергий, с доброй ухмылкой взирал на этих двоих и десятки тысяч других людей, что в великом удивлении и счастье дарили ему энергию для гораздо более ярких и масштабных чудес.
Дракон взмыл в небеса и полыхнул золотом. В тот же миг все деревья, даже типичные для холодных широт тополя и березы, отозвались на призыв ками и буквально взорвались пышным розовым цветением.
- Зараза! - испуганно шарахнувшиеся самураи с грохотом сталкивались меж собой. Мей, отпрянув от Кицунэ, сбила с ног зловредного генерала. - Что это за магия?!
Весь парк, из которого исчезли горы мусора, а переломанные деревья сами собой возродились, сиял живой, яркой энергией. Оглушенные его неистовым великолепием, самураи были потрясены настолько, что и подумать не могли на кого-нибудь нападать.
- Изумительно... - шептали солдаты, по щекам многих из которых потекли слезы восторга. - Это... это похоже на сон!
В вихре розовых лепестков златохвостая лиса стояла перед ними, держа на руках ребенка людей. Напасть на нее? Убить?
