Ариану совершенно не интересовало обретенное ею богатство. Она хотела вернуть мужа. Она знала Трентона достаточно хорошо, чтобы понять, что ни силой, ни мольбами его не заставить вернуться. И она была не настолько глупа, чтобы думать, будто он уехал, потому что больше не любит ее. Напротив, именно из-за своей любви он вырвал себя из ее жизни и оставил из какого-то ошибочного убеждения, будто он защищает ее от себя.
Нет, единственный способ вернуть Трентона — разгадать тайну и разобраться в прошлом.
Но как?
— Уже неделя, как он в Спрейстоуне, Несс. — Бакстер, сидевший в единственном в комнате кресле, сплел пальцы и, закинув руки за голову, насмешливо посмотрел на сестру. — Не следует ли нам что-нибудь предпринять?
Ванесса, откинувшись на подушки, улыбнулась:
— А почему ты думаешь, что мы ничего не делаем?
— Что ты хочешь сказать?
— Трентон не обходится без сюрпризов во время своего пребывания на Уайте. Паромы и яхты курсируют на остров и обратно довольно часто, как тебе известно.
Бакстер удивленно моргнул:
— Ты была в Спрейстоуне?
— Ну конечно! Даже дважды. Оба раза под покровом темноты. В первый раз я только оставила на скотном дворе пахнущую розами записку.
— Что там было написано?
Горловой смешок.
— Только то, что я люблю его и не могу понять, почему он погубил меня, что я никогда не покину его… даже после смерти.
— Ты с ума сошла, Несс? Что, если Кингсли покажет кому-нибудь записку? Тому, кто узнает твой почерк?
— А какие объяснения Трентон сможет дать? Что он получил письмо от покойницы? Кто поверит ему? К тому же я не поставила дату на записке, Бакстер. Она могла быть написана в любое время, например шесть лет тому назад. — Она приподняла тонкую бровь. — Можно я продолжу?
Бакстер кивнул.
— Во время своего следующего визита в Спрейстоун я окликнула Трентона у окна спальни. Была середина ночи. Как только он появился, я скрылась среди деревьев. Его поместье такое безлюдное, что не составляет никакого труда приходить и уходить незамеченной.
— Мне все же не нравится, что ты так сильно рискуешь… Почему ты не позволяешь мне что-то делать самому?
Ванесса с раздражением посмотрела на Бакстера:
— Думаю, тебе вряд ли удастся хорошо сыграть мою роль. Нет, эту часть плана я выполню сама. Но не беспокойся, дорогой. Твоя очередь придет… и очень скоро.
— Тереза, я больше не могу оставаться в бездействии, — заявила Ариана.
Наклонившись, Тереза поставила вазу со свежими полевыми цветами на туалетный столик Арианы.
— Не сомневаюсь, что не можешь.
— Я очень люблю Трентона. Я должна действовать, чтобы помочь ему.
Тереза опустила руки на плечи Арианы и встретила в зеркале ее взгляд.
— Твое смущение рассеялось, словно утренний туман. Твоя вера в мужа стала абсолютной. Ты больше не сомневаешься в его честности и не ставишь под вопрос его невиновность. Страх перестал играть даже малую роль в вашем браке. Завеса неуверенности больше не туманит твое зрение, ни когда ты смотришь на герцога, ни когда видишь своего брата. Вопрос теперь только в том, как обнаружить то, что скрыто от глаза и открыто сердцу. — Тереза нежно потрепала Ариану по щеке. — Да, лапочка, ты определенно можешь кое-что сделать.
— Помоги мне, Тереза, — взмолилась Ариана. — Посоветуй, где искать.
— Ответы всегда лучше всего искать у истоков их происхождения.
— У меня нет вопросов относительно Трентона. Я верю всему, что он мне говорит, кроме той абсурдной идеи, будто он сошел с ума… единственный человек, в котором я сомневаюсь, это Бакстер.
— Тогда, возможно, ответы лежат в Уиншэме.
Ариана развернулась на стуле и посмотрела на Терезу.
— Бакстер в ответе за страдания Трентона?
— Ты знаешь подробности так же, как и я.
— Я имею в виду не то, что произошло шесть лет назад, а то, что случилось на прошлой неделе.
— Я тоже.
— Значит, ты считаешь, что Бакстер в этом замешан?
— Я считаю, что ответы находятся в пределах досягаемости, и у тебя есть теперь достаточно мужества, чтобы посмотреть правде в лицо.
Ариана долго ничего не отвечала, только всматривалась в покрытое морщинами лицо Терезы и наконец произнесла:
— Утром я поеду в Уиншэм.
— Хочешь, чтобы я поехала с тобой?
Ариана сжала руки Терезы:
— Твое присутствие оказало бы мне огромную поддержку, но на этот раз я должна поехать одна.
— Но ты не будешь одна. Ты поедешь вооруженная своей интуицией, которая, как я уже говорила, никогда не подводила тебя. Тебя также будут сопровождать мои наставления… и моя любовь.
Ариана протянула руки и сжала в объятиях своего верного друга и наперсницу.
— Обладая такими сокровищами, я должна добиться успеха.
Дастин допил последний глоток бренди, лениво глядя в окно спальни на освещенный лунным светом сад Броддингтона. Его тревога за Трентона в сочетании с напряжением, в котором он постоянно находился, пытаясь сохранять жизнерадостный вид в присутствии Арианы, начали постепенно брать свое. Реконструкция гостиной близилась к завершению, лишая его тем самым благовидного предлога для того, чтобы остаться в Броддингтоне. А Трент по-прежнему не подавал никаких признаков жизни.
