- Никогда. Но это не успокаивало Кингсли. Если какой-нибудь джентльмен кланялся Ванессе, он подозревал самое худшее и грозил убить этого человека на месте. Когда Ванесса время от времени пыталась восстать, он грозил убить и ее тоже. Она была парализована страхом.
- Ты был свидетелем всего происходившего?
- Неважно! - огрызнулся Бакстер. - Я знал, что Кингсли неуравновешенный человек, свидетельств этому было достаточно. И видел, что он обладал какой-то удивительной властью над Ванессой... Сначала я думал, что это происходило из-за ее огромной любви к нему. Но со временем стал замечать, как она изменяется прямо у меня на глазах, становится подавленной, нервной, погруженной в себя. Она редко уходила из дома - разве только когда Кингсли приглашал ее. Она торопилась к нему, словно боялась заставить его ждать. Тогда я и вмешался, умоляя ее прервать их отношения. Она отказалась, уверяя, что любит его всем сердцем. Если бы я только знал все, что позже открыл мне дневник, то хладнокровно убил бы мерзавца. Но правду я узнал слишком поздно. - Голос Бакстера дрогнул. - Он уже убил Ванессу.
- Дневник не мог утверждать этого, - побледнев, выдохнула Ариана.
- Но там есть подтекст, - прошипел Бакстер, казалось, все поры его выделяли ненависть. - Было ли то убийство или самоубийство, конечный результат остается неизменным - Трентон Кингсли убил нашу сестру.
- Боже! - Ариана закрыла лицо дрожащими пальцами.
- Итак... ты наконец-то веришь мне?
Она вздернула подбородок и, не отвечая на вопрос Бакстера, спросила сама:
- Несмотря на возможность такого чудовищного преступления, ты позволил мне выйти за него замуж?
Бакстер, не дрогнув, ответил:
- Да.
- Как ты мог? - Голос ее задрожал.
- Как уже говорил прежде, я знал, что ты будешь в безопасности.
- Ты знал, что я буду в безопасности? Ради Бога, откуда ты мог знать об этом?
В глазах Бакстера промелькнул проблеск вины, отвратительные воспоминания напомнили о себе.
- Я дал тебе ответ в тот день, когда Кингсли размахивал королевским указом в Уиншэме. Никто не забыл неразгаданную тайну гибели Ванессы... и подозрения вновь всплыли на поверхность с возвращением Кингсли с острова Уайт. Все взгляды обращены на него. И он знает это. Нет, Ариана, Кингсли не осмелится причинить тебе вред.
Она вытерла горькие слезы, побежавшие по щекам.
- Я хочу посмотреть дневник, - заявила Ариана, ей было необходимо нечто более реальное, чем обвинения Бакстера, чтобы отказаться от последних крупиц веры в свою интуицию.
- У меня нет его.
- А у кого?
- У Кингсли.
Чувствуя слабость, она опустилась в кресло и посмотрела на него широко раскрытыми от потрясения глазами.
- Объясни.
Тяжело вздохнув, Бакстер кивнул.
- Я все объясню тебе. - Он сжал руки за спиной и устремил пристальный взгляд на лицо Арианы, наблюдая за ее состоянием. - Как уже сказал, я обнаружил дневник под подушкой у Ванессы. На тумбочке лежало письмо, которое она мне написала за день до смерти. Душераздирающее, полное муки письмо... Его смысл был до боли ясным. - Он помедлил, чтобы немного успокоиться. Наша сестра прощалась со мной.
Ариана вцепилась пальцами в ручки кресла:
- Предсмертная записка?
- На вид... да.
Сомнение в тоне Бакстера попало в цель.
- Ты все же считаешь, что ее убили... Почему?
- Потому что последняя запись в дневнике Ванессы, сделанная в тот же день, когда написано письмо, открывает намного больше, чем записка. Воспоминания заставили Бакстера содрогнуться. - В этот вечер меня не было дома. Во время моего отсутствия Кингсли, очевидно, прислал записку, приказывая Ванессе тотчас же с ним встретиться. Его слова и тон явно находились за пределами здравого смысла и нормального психического состояния. Из записи в дневнике ясно, что Ванесса пришла в ужас. Ее упоминания о Кингсли полны зловещих предчувствий. Она словно окаменела в ожидании того, что Кингсли намеревался с ней сделать. - Бакстер стиснул зубы. - Я никогда не прощу себе того, что меня не оказалось рядом с Ванессой, когда я был ей так нужен.
- Что ты сделал, когда прочитал письмо и дневник? - спросила Ариана, чуть не теряя сознания.
- Что сделал? - Он снова устремил на нее взгляд. - Сразу после того, как разорванное платье Ванессы прибило к берегу, я вызвал Кингсли в Уиншэм и предъявил ему оба документа.
- И как он прореагировал на это?
- Он заставил меня отдать ему дневник.
- Заставил тебя? Как он мог заставить тебя? - взорвалась Ариана.
Лицо Бакстера под воздействием горестных воспоминаний превратилось в маску ненависти.
- Он угрожал мне, поклялся, что лишит меня всего, если я не отдам ему дневник. Глаза его горели безумием, и я понял, что он способен на все... даже на убийство. Я должен был подумать о тебе, эльф, так как нес за тебя ответственность... и ты - единственное, что у меня оставалось. Он уже лишил меня Ванессы. И я отдал ему дневник.
- Но если бы ты передал его властям...
- Мне сказали бы, что это бессвязный бред неуравновешенной, готовой на самоубийство женщины, - оборвал ее Бакстер. - Дневник полон намеков, но там нет реальных доказательств.
- И все же Трентон настаивал на том, чтобы получить его.
