Том стоял на пороге, щурясь от солнца, в одной руке кружка кофе, в другой сигарета.
— Алекс? Ну, заходи, раз уж пригнал чёрт знает откуда.
Голос ровный, но в глазах внимательность.
Он знал.
Он уже видел по мне, что всё хуже, чем я говорил по телефону.
Том кивнул в сторону дома, сделав шаг назад.
— Мог и позвонить.
Я не придал этому значения, подумал, что он говорит о том, что надо было предупредить о подъезде к дому заранее.
Выдохнул, прошёл мимо него в дом, откидывая это в сторону.
Главное — добрался.
Внутри пахло кофе и деревом, свет мягко ложился на пол сквозь чистые окна, в отличие от того, что я оставил позади.
Том захлопнул дверь, прошёл на кухню, поставил кружку на стол, обернулся ко мне.
— Ты хреново выглядишь.
Хмыкнул, потер шею, опёрся на край стола.
— Хреново себя и чувствую.
Он молча кивнул, вытащил из шкафчика ещё одну кружку, налил кофе, поставил передо мной.
Я схватил её, сделал глоток, даже не почувствовал вкуса.
Просто горячая жидкость, ожигающая горло, но она возвращала в реальность.
Том сел напротив, изучающе посмотрел.
— Будешь рассказывать?
Том выглядел уставшим, но собранным.
Лет шестьдесят, но взгляд чёткий, цепкий, хоть и прикрытый усталостью.
На нём был толстый махровый халат, растёгнутый, под ним простая белая футболка и серые штаны, чуть помятые, как будто он недавно сидел в кресле и не собирался вставать, пока я не приехал.
Волосы седые, короткие, чуть взъерошенные, будто он провёл по ним рукой перед тем, как выйти ко мне.
Я поставил кружку, потер пальцами висок.
— Даже не знаю, с чего начать.
Том не ответил сразу, просто кивнул, ожидая.
Глубоко вдохнул, провёл ладонью по лицу, наклонился вперёд.
— Ты всё равно посчитаешь меня сумасшедшим.
Том подавил короткий смешок, сделал глоток кофе.
— Так я и так так считаю.
Усмехнулся, но было не до смеха.
— Ладно.
Том молча ждал, не торопя, не подталкивая.
Пришлось говорить.
Рассказал всё.
О том, что вижу убийства.
О том, что это не просто догадки, а будто собственные воспоминания.
О мотеле. О видео. О том, кто там был.
О проститутке.
О том, что это уже не совпадения.
Том не перебивал, не удивлялся, не закатывал глаза, не пытался сказать, что я несу бред.
Просто слушал, изредка кивал, иногда бросая короткий взгляд в окно, будто давал мне договорить до конца, прежде чем сделает выводы.
Когда всё закончилось, в комнате повисла тишина.
Я провёл рукой по лицу, выдохнул, наконец поднял глаза на него.
Том продолжал смотреть на меня, кружка с кофе осталась в его руке, но он даже не делал глотка.
Секунда. Две.
Наконец, он заговорил.
— Ты понимаешь, как это звучит?
Взглянул прямо, без намёка на насмешку или сомнение, просто констатация факта.
Я ничего не ответил, только провёл ладонями по лицу, сжав виски.
— Слушай… — Том вздохнул, провёл языком по зубам, потерев шею. — Допустим, ты теряешь память. Бывает. Стресс, перегруз, алкоголь, всё, что угодно.
Пауза.
— Но, чёрт возьми, Алекс… видеть убийства, которые ты не совершал?
Глаза быстро пробежались по моему лицу, как будто он искал что-то в выражении, в реакции.
— Если это не ты, то кто?
Словно хотел, чтобы я сам дал себе ответ.
— А если всё-таки ты?
Говорил спокойно, без нажима, но от этого слова весили больше.
Я не сразу ответил.
— Я бы помнил, Том.
— Был бы уверен в этом?
— Чёрт, Том, я был в другом городе, когда всё это началось!
Тот даже не дёрнулся, просто продолжал смотреть внимательно, выжидающе.
— Первое убийство случилось месяц назад! — Голос стал резче, громче, гнев вспыхнул, но не на Тома — на саму эту чёртову ситуацию.
Поднялся из-за стола, развел руками, чувствуя, как всё внутри закипает.
— Я не мог этого сделать! Даже если бы потерял память, даже если бы, чёрт возьми, пил неделями — я не мог убить того, кого не было рядом со мной!
Том медленно наклонил голову, наблюдая за мной холодным, уравновешенным взглядом.
— Ты уверен?
Замер.
Злость ещё кипела.
— УВЕРЕН!
Внутри всё ещё бушевала злость, всё смешалось — страх, ярость, усталость.
— Я видел Макса.
Том не шелохнулся, только едва заметно нахмурился, но не перебил.
— В сарае.
Голос сухой, отрывистый, будто слова приходилось вытаскивать из себя с силой.
— Не живого. Не пропавшего.
Закрыл рот руками.
— Мёртвого.
Том наконец пошевелился, поднял брови, но ничего не сказал.
— Он не исчез, Том. Он умер.
Слова вылетели, как лезвие, вспарывая всю логику, всё, во что я верил до этого.
Том пару секунд просто смотрел, потом медленно выдохнул, наклонился ближе.
— Ты это вспомнил? Или увидел?
Пульс громко отдавался в ушах.
— Какая, нахрен, разница?!
Голос сорвался, хрипло отдался в комнате.
Том не отреагировал на вспышку, просто наклонил голову чуть в сторону, внимательно наблюдая.
— Разница есть.
Я тяжело выдохнул, провёл руками по лицу, упёрся локтями в стол.
— Я не знаю, Том.
Сказал тихо, но в этих словах был весь чёртов ужас этой ситуации.
— Но если я прав… значит, всё, что я знал о своей жизни — ложь.
Том спокойно отставил кружку, скрестил руки на столе и посмотрел прямо.
Глаза спокойные, но твёрдые, голос ровный, без напряжения.
— Тогда мы оба сошли с ума.
Я моргнул, нахмурился, но он не дал мне заговорить.