Анатолий Эдуардович Зверев, коего все знакомые знали исключительно под именем Толика-хакера, мог, как Цезарь, заниматься несколькими делами одновременно. Сейчас он занимался четырьмя.
Правой ногой нажимал насос, надувающий большой резиновый мяч. Вчера Толик усовершенствовал велосипедный насос, и теперь проводил испытания.
Левой рукой сортировал видеокарты, коих у него накопилось больше сотни. Зачем столько? Да черт его знает!
Правой рукой писал новый вирус. Толик очень любил писать вирусы, а затем любоваться, как они разрушают ненавистный «Windows». После этого он обычно отправлял их свободно плавать по Интернету, чтобы другие люди тоже могли порадоваться вместе с ним.
А еще он пил пиво через длинную соломинку.
Толику недавно исполнилось тридцать семь лет. У него было два высших образования, но он нигде не работал. И тем не менее денег у него было много — откуда, он и сам толком не знал. Время от времени ему приходили по почте какие-то заказы на какие-то программы — он писал, отсылал и забывал. Толик был безотказным человеком. Однако платили за эти программы исправно и довольно-таки щедро.
Жил Толик в гордом одиночестве в трехкомнатной квартире. Откуда она у него взялась, он опять-таки и сам толком не знал. Вероятнее всего, получил от кого-то в наследство. Покидал он квартиру редко. Питался исключительно пиццей, морожеными пельменями и пивом.
Особенно пивом.
Раздался звонок. Толик задумчиво моргнул — звук показался знакомым. Он готов был поклясться, что уже слышал его раньше. После второго звонка он догадался — звонят в дверь.
После третьего звонка ему пришло в голову, что надо бы, пожалуй, открыть, а то так и будут отвлекать.
За дверью стояли трое. Рослый накачанный детина с небольшими усами на славянско-азиатском лице, похожий на какого-нибудь казахского батыра. Щуплый коротышка с лицом хорька. И надутая русоволосая девчонка в коротеньком топике.
Толик не знал никого из этих людей (знакомство с Денисовым было шапочным, и он его не узнал). Более того — от них за километр пахло неприятностями.
Он отодвинулся в сторону и равнодушно спросил:
— Пиво будете?
Проявив гостеприимство, хозяин квартиры вернулся к компьютеру. Впрочем, посторонний человек никогда бы не назвал это компьютером. Толику так часто приходилось разбирать свой главный прибор, что он в конце концов решил послать корпус подальше. Его основной системный блок был прибит к стене. А к нему подключено еще несколько блоков, вторичных: Толик любил многозадачность.
— Так, жратвы у него, конечно, нет… — пошуровал в холодильнике Денисов.
Марина первым делом отправилась принять ванну. И обломилась — Толик давным-давно приспособил ее под склад для старых запчастей. Чтобы искупаться, надо было сначала куда-то все это выгрузить, а потом долго отмывать ванну от грязи и ржавчины. Сам хозяин последний раз мылся в прошлом году, когда его каким-то ветром занесло на речку.
По дороге сюда похищенная дочь нефтяного магната пряталась на заднем сиденье, испуганно вздрагивая каждый раз, когда машина проезжала мимо человека в форме. После случая с майором Громенко она начала панически бояться милиции. А к Святославу, наоборот, жалась, как к спасательному кругу — капитан стал казаться ей единственным родным человеком на всем белом свете. Частично, конечно, здесь сработал широко известный «Стокгольмский синдром»…
— Руку на дружбу! — протянул ладонь Толику Моручи.
Тот автоматически пожал, не отрывая взгляда от экрана. Святослав тоже посмотрел туда, ничего не понял и положил перед Толиком наполовину собранный дешифратор континуумного кода. Толик скосил глаз, увидел незнакомый прибор и мгновенно заинтересовался. Он некоторое время осматривал странную штуковину, поковырялся в ней пальцем, потом отверткой, и наконец спросил, уже начиная терять интерес:
— Сдаюсь, что это?
— Пока что ничего, — ответил Моручи. — Но вот если у вас, сударь, найдется то, что перечислено в этом списке…
Толик прочитал список. Наморщил лоб, немного подумал, а потом принялся рыться в той самой ванне, в которой не удалось искупаться Марине. Находя очередную железку, он отчеркивал один из пунктов в списке.
Через двадцать минут перед Святославом высилась кучка непонятных хреновин и лежал список, в котором осталось всего два пункта.
— Этого у меня нет, — ткнул в верхний пункт Толик. — И я знаю только одно место, где такое можно достать. А что такое «трансцикличный конденсатор», я не знаю. Значит, такого не существует.
— Извиняюсь, — извинился Моручи. Трансцикличный конденсатор он уже добыл, развинтив станер. — Забыл вычеркнуть. Значит, только два урановых компенсирующих стержня. Где их можно достать, говоришь?
— На атомной станции, — махнул рукой Толик. — На любой.
— Блин, Эдуардыч, а поближе нет? — дружески положил ему руку на плечо Денисов. — Ну ладно тебе, не жмись, блин, мы ж тебя не обидим… А? А?
— Извини… кто бы ты ни был… — равнодушно пожал плечами Толик. — Уран — металл редкий, его можно достать только по спецзаказу.
— А в свободной продаже нет? — недовольно скривился Моручи. — Аллах, до чего же примитивный мир…
