— Ну и зачем это нужно?
Ей никто не ответил. Она еще некоторое время стояла с мышиными ковриками подмышками, пытаясь уловить суть, а потом обиженно насупилась и вернула их на место.
— Зырь, капитан, какое я перо надыбал! — вернулся с балкона Денисов. В руках он держал длинный охотничий нож. Очень острый. — Блин, порезался… У Эдуардыча там целый склад всякого хлама! Даже колесо от мотоцикла есть! Интересно, откуда он его взял?.. — задумался он.
— А одежда?
— До[цензура]! — махнул рукой Николай. — Хоть[цензура] ешь!
Марина недовольно засопела — она не любила мата. В чужих устах.
— Во, зырь, капитан, — отдуваясь, вволок в комнату кучу пыльных тряпок Николай. — Выбирай!
На верху кучи лежал старый полушубок. Моручи он пришелся бы как раз впору, но человек, носящий полушубок в мае, вызывает как минимум недоумение, поэтому его откинули в сторону. Туда же полетела и нечеловечески пыльная ушанка. А вот полосатый свитер, найденный под ней, Святослава заинтересовал.
— Маловат, но сойдет, — кивнул капитан, натягивая обновку и выбивая пыль прямо на теле. — Еще вот это… вот это и… да! Вот это!
Предметами, присоединившимися к свитеру, были слегка полинявшие, но еще вполне сносные брюки большого размера, плоская сморщенная кепка и старые, но очень стильные темные очки. Они частично скрыли полуазиатские черты Моручи.
Николай и Марина тоже переоделись. Последняя, правда, очень неохотно — женской одежды у Зверева не нашлось, так что пришлось обходиться тем, что могли носить представители обеих полов. Теперь Денисов щеголял в твидовом однобортном пиджаке, бирюзовой рубашке, коричневых брюках и бейсбольных ботинках, а Марина — в бежевом кашемировом свитере, черных брюках и лаковых туфлях. Оба выбрали самое лучшее, что только нашлось у хакера.
Их капитан посмотрелся в зеркало и задумался, не сбрить ли усы. Расставаться с ними было жалко — в Империи безусые встречались реже, чем у нас лысые. Этот народ очень гордился своими усами.
Но потом Святослав вспомнил, что он, строго говоря, уже не совсем имперец, а в маскировке это могло помочь — среди его примет усы наверняка упоминались. Поэтому он тяжело вздохнул, взял бритву и отправился в ванную — расставаться с любимой растительностью.
— Позвони этому Перову! — крикнул он Денисову. — У вас определители номера уже изобрели?
— Изобрели, к сожалению… — вздохнул тот, раздраженно буравя взглядом невозмутимую спину Толика. — А че?
— Ничего, просто там может быть прослушка. Хотя шайтан с ним, рискнем… Скерхемозо бояться — в гипер не заходить…
Хакер сидел в Интернете, и телефон был занят — он все забывал обзавестись выделенкой. Точнее, просто ленился.
Собственно говоря, телефон, висящий на стене, был покрыт толстым слоем пыли — Толик уже больше года не прикасался к этому аппарату. Николай даже засомневался, что он вообще работает. Чтобы это проверить, требовалось отключить Интернет, но добровольно Толик не сделал бы этого никогда. Моручи еще мог бы его заставить, а вот Денисов…
Николай задумчиво почесал переносицу, а потом тихонечко подкрался к телефону и выдернул шнур модема. И тут же вставил обратно, но неплотно — чтобы со стороны казалось, что все в порядке, но соединения не было. В следующее мгновение он юркнул в соседнюю комнату, сцапав телефонную трубку.
Толик, лишенный сети, недоуменно моргнул и первым делом перезагрузил компьютер. Он всегда начинал именно с этого. Даже когда однажды по неосторожности уронил и расколол клавиатуру, то первым делом нажал кнопку перезагрузки, надеясь на лучшее. А пока он там копался, Николай спокойно набрал номер тренажерного зала и начал степенную неторопливую беседу с Семеном Андреевичем.
Перов его не узнал. Впрочем, было бы очень удивительно, если бы он его узнал — эти двое ни разу в жизни не разговаривали друг с другом. Для Перова Денисов всегда был всего лишь одной из шестерок в свите Иванихина. Но, по крайней мере, он не послал его куда подальше — уже успех.
Николай парой окольных вопросов выяснил, что Перов понятия не имеет о истории с побегом опасных сумасшедших и похищением дочери нефтяного магната. А вот о пропавшем Ежове в курсе — с этим вопросом милиция к нему уже приходила. И ему очень интересно, куда подевался его старый приятель. Нет, он не возражает, если к нему зайдут немножко поговорить и, возможно, выплавить парочку свинцовых грузил для рыбалки. Хобби у всех бывают разные — Перов любил плавить свинец.
На улице не обнаружилось никого подозрительного. Но Моручи все равно некоторое время стоял у подъезда, делая вид, что курит. На самом деле не курил, конечно — от табака двадцать первого века у него першило в горле. Он просто стоял, жег сигарету и внимательно осматривал двор — Зверев жил в старом четырехэтажном доме, стоящем лицом к трем другим старым четырехэтажным домам.
— Садитесь, — коротко приказал он, открывая дверцу «Волги».
Теперь у нее были номера — Святослав еще вчера снял их с другой машины. Кража номеров — преступление не самое крупное, и существует шанс, что потерпевший даже не будет сообщать в милицию. Или, по крайней мере, сделает это не сразу.
