Но тут ее поджидал неприятный сюрприз. Ежов был человеком спокойным и незлобивым, да к тому же никогда не поднимал руку на женщину. У Кольки-Хорька таких комплексов не было, а в плане заподлистости он мог дать Джине сто очков вперед.
— А-у-у!.. у… у… — завопила десантница, получив удар ногой по коленке. А Николая рядом с ней уже не было — он прятался за огромной фигурой Остапа. Эти двое как-то очень быстро скорешились.
— Больно, Кроу? — расплылся в улыбке алкморег. — Что ж ты так жестоко, Денисов?
— А че она? — ухмыльнулся в ответ тот.
— Я тебя еще поймаю, мелочь! — прищурилась на него Джина. — Поймаю и изнасилую!
— Ой, напугали ежа голой задницей! — еще сильнее заулыбался Николай. — Да хоть сто раз!
Джина совершенно искренне удивилась. Раньше эта угроза всегда срабатывала.
— Экипаж, хватит болтать не по делу! — поднял ладонь Моручи, до этого совещающийся с VY-37, Койфманом и Ежовым. Все мгновенно затихли. — Слушай план действий. Сейчас мы летим на LOKN-4330. Нам это по пути — он как раз между «Перевалом» и системой Сварога. Для тех, кто не в курсе: «космический карман» — это система, не имеющая гипертоннелей. В такую можно попасть только через гиперпространство. Такие «карманы» находят очень редко, и очень неохотно в них селятся. Летают в них тоже неохотно. Но мы взяли заказ, а репутация есть репутация. «Вурдалак» еще никогда не подводил своих заказчиков. И мы успеваем, время еще есть. Быстро доставим груз и двинем на Сварог. У Куросавы там своя личная станция на орбите Мораны. Сбросим десант и разнесем там все. Связист, как со связью?
— Продолжаю пытаться, — пожал плечами Койфман. — Но твои дружки отказываются слушать.
— Знаю… — вздохнул Моручи. — Это все из-за моей бенефиции — имперская безопасность мне больше не верит… Значит, придется действовать самим. Экипаж, по местам! Объявляю старт!
Чешуйчатые ладони Косколито запорхали над пультом управления. Раздалось шипение дюз — «Вурдалак» поднимался в воздух. Амортизаторы втянулись внутрь, шлюз «Перевала» распахнулся, и звездолет вышел в открытый космос.
— Здорово, земляк, — сунул руку Ежову Денисов. — Меня Коляном звать. А ты Мишка, так?
— С первой попытки, — ответил на рукопожатие Михаил. — Ежов, Михаил Петрович, частный детектив.
— Денисов, Николай Николаич, вор в законе, — насмешливо хрюкнул его собеседник. — Слышь, Петрович, ты тут уже человек опытный, растолкуй мне, че тут к чему. Тут вообще жить-то можно, или как?
— Ну, не отель, конечно. Но условия сносные — кормят, поят, работой не перегружают. Но я тут все равно не останусь — вот закончим эту бодягу, вытряхну из них мой гонорар, и домой…
Михаил неожиданно осекся. Он вспомнил ценутакого перемещения. Вспомнил, как долго скандалил Соазссь, не желая расставаться с такими дикими деньгами. Но тогда у этих ребят не было выбора — надо было спасать их любимого капитана. А согласятся ли они оплачивать и его возвращение домой? Ох, вряд ли… И почему-то Ежов сильно сомневался, что на это хватит его гонорара — он уже успел подсчитать, сколько «Вурдалак» ему должен, и эта сумма составляла едва ли десятую часть от необходимой. И то, если они сильно расщедрятся.
Кстати, Ежову пришлось переодеться. Вернувшийся капитан, разумеется, отобрал у него мундир и информ. Кастет-лучемет разрешили оставить — у Святослава Моручи было свое оружие, именное. Тяжелый имперский бластер с направленным лучом и мономеч высшей аристократии, самая лучшая модель. И то и другое стоило бешеных денег и давало своему владельцу огромные преимущества в бою.
Мономеч, например, был снабжен боевой картой, и вполне мог драться в одиночку, без хозяина. Была бы рука, сжимающая рукоять, а двигаться оружие будет само. Хотя Моручи был куда лучшим фехтовальщиком, нежели компьютерный болван, и этой схемой воспользовался лишь однажды — когда ему сломали руку. Вот тогда он включил авторежим и все-таки победил противника, несмотря на то, что руку потом пришлось ампутировать — мономеч не делал скидок на сломанную кость.
Конечно, в семьдесят втором веке потерянная конечность — проблема минимальная. Отрастить новую или приделать искусственную можно очень быстро и недорого…
Что же касается Ежова, то ему капитан уделил свой старый лейтенантский мундир. Он не носил его с тридцати лет, когда получил капитана, но Моручи с тех пор почти не изменился, так что форма пришлась детективу впору.
— А где Дельта? — неожиданно спросил Святослав. — Почему я не вижу этого железного меланхолика?
— А в самом деле, где это ведро с гайками? — подобострастно поддакнула капитану Джина.
— Э-э-э, мы совсем забыли сказать… — замялся Рудольф. — Так нехорошо получилось…
— Вы что, его все-таки сломали? — укоризненно посмотрел на экипаж сверху вниз Моручи. — Он, между прочим, недурно готовил…
— Моя не ломала железная человека, капитана! — возмутился облыжному обвинению Дитирон. Кстати, этот бронированный монстр-коротышка встречал Моручи радостнее всех, ужасно напоминая щенка, весело виляющего хвостиком. По крайней мере, Ежов мог больше не бояться, что его съедят. — Железная человека сама сломалась!
