Ни от кого никаких предостережений о вредных последствиях беспошлинного ввоза хлопка не было, а напротив, все восхищались тем, что в Москве, Шуе и Иванове сооружаются - в виде башен - высокие дымогарные фабричные трубы. Из всех людей того времени я знаю только одного, Николая Арсеньевича Жеребцова, который, имея привычку острить, говорил, что в эти трубы Россия вылетит в трубу, и затем развивал вредные последствия от уничтожения льняных посевов и платежа денег за хлопок.
Тут было множество предостережений из Москвы, из Кяхты, из Пермской губернии и со всего Сибирского тракта, от фабрикантов и от оптовых чайных торговцев; но их мольбы не обратили на себя никакого внимания. Судя по тому, что разрушение меновой чайной торговли не возбуждает и доселе никакого разговора ни в правительстве, ни в обществе, ложно заключить, что сознание вреда еще не вошло в наши мысли. Быть может, это сознание явится при дальнейшем упадке кредитного рубля, и мы увидим, как высасывает нашу финансовую силу приобретаемый нами не на мену, а на деньги чай. Тогда конечно мы подсчитаем в цифрах, сколько каждый год нам приходилось тратить монеты на чай вместе с покупкою Американского хлопка.
Почти все сословия были против этого общества, потому что появление его глубоко оскорбляло всех русских людей. Всюду говорили: когда нужна наша жизнь и кровь и наше достояние, в то время мы в цене, а когда является внутреннее благоустройство и возможность наживы, тогда вместо нас обращаются к Французам. Главное Общество вытянуло из России десятки миллионов и не подверглось никакому взысканию за нарушение своих обязательств перед правительством[ 17 ].
При образовании этой фирмы никто не подозревал об ее существовании, но потом, когда стали распространяться ее законопроекты, ловко задрапированные в мантию либерализма, их принимали во всех сословиях сочувственно; когда же началось действие законопроектов, тогда пошел по России стон и вопль.
Причиною стона было то, что либеральные нововведения, уничтожив для помещиков кредит, лишили десятки тысяч помещичьих семейств возможности жить в своих имениях. На почве этого бедствия вырос нигилизм. Очень часто случалось, что при обращении помещиков к правительству за ссудою нескольких сот рублей для расчета за жнитво и пашню, им отвечали в таком смысле: майся, как знаешь, что нам за дело до тебя! Затем фирме "они" вполне принадлежит распространение пьянства посредством безграничного числа кабаков, разрушение сельского хозяйства от уничтожения мелких винокурен и вовлечение России в заграничные займы, вследствие недопущения русского народа кредитовать правительство своим трудом с получением за этот труд беспроцентных бумаг. Совокупность этих зол, конечно, гораздо более причинила вреда России, чем 1812 г., Севастополь, холера и все другие пережитые нами бедствия.
без предварительного устройства рельсовых и
локомотивных заводов, равно заводов вагонных
и прочих принадлежностей железнодорожного дела
По этому вопросу не было слышно никакого предварительного возражения, вероятно оттого, что если образовано Главное, якобы русское, общество железных дорог с французами во главе, то уже все Русские люди, поникнув духом, находили невозможным даже помышлять об устройстве таких заводов, из которых изделия надобно сдавать во французские руки и подвергаться всевозможным притеснениям.
Сооружение железных дорог, с выпиской всех принадлежностей из-за границы, возвысило их ценность и увеличило нашу задолженность на сотни миллионов. Впоследствии стали образовываться и в России заводы для железнодорожных принадлежностей, но образование это шло очень вяло без поддержки правительства, и заводы стали появляться в то время, когда более половины дорог было уже построено.
Здесь предупреждения о вредных последствиях сыпались со всех сторон: все сословия, духовенство, дворянство, купечество, мещанство, крестьянство восставали против свободной продажи вина, желая, вместе с тем, чтобы монополия откупа была заменена монополией казны, без увеличения мест продажи. Никто этим возгласам не внимал, и затем последовало с 1863 г. введение в действие вольной продажи хлебного вина.
