В результате взлета доллара в проигрыше оказались американские компании, экспортирующие свою продукцию непосредственно из США, потому что завышенный курс доллара вынуждал их повышать цены на зарубежных рынках, где товары продавались не на доллары, а на национальную валюту данной страны. Иначе при обмене они получали все меньше и меньше долларов. Импортеры товаров в США, напротив, выигрывали: они могли понизить цены своих товаров, сбываемых на американском рынке, в долларовом исчислении на 20–30 % и побеждать в конкуренции с внутренним производством. Доля товаров иностранного происхождения в покупках американского потребителя за три года повышения курса доллара значительно возросла, а по сравнению с «золотыми временами» 1960-х годов она увеличилась в два раза. Председатель Американской комиссии по международной торговле заявил, что угроза местной промышленности со стороны импортной продукции в 80-е годы имеет такое же важное значение, как энергетическая проблема в предыдущее десятилетие. Ответом на такое положение был
Изменить ситуацию кардинально, понизив курс доллара, в Вашингтоне, в Белом доме, не намеревались. К 1983 г. проблема обострилась ростом бюджетного дефицита Соединенных Штатов. Одна из основ «рейганомики», т. е. политики правительства Рейгана в области экономики, первоначально состояла в сбалансированном бюджете, т. е. соблюдении примерного равенства между доходами и расходами правительства. В этой связи, при активном участии самого Рейгана, была даже внесена соответствующая поправка к конституции США, наделявшая президента определенными правами в этой области. Однако преследуемая цель находилась в непреодолимом противоречии с курсом на эскалацию военных расходов и на снижение налогов с корпораций и богатейших слоев населения. На новые ракеты, авианосцы, подводные лодки требовались все новые миллиарды, сотни миллиардов долларов, а где их взять. Как всегда, за счет трудящихся. Однако миллиардные сокращения расходов на здравоохранение, образование, на другие социальные и гражданские нужды не компенсировали беспрецедентные расходы на гонку вооружений. Не произошло и ожидавшегося общего роста поступлений от налогов в результате экономического подъема, потому что подъема практически и не произошло.
Дефицит федерального бюджета стал расти катастрофическими темпами: 100 млрд, в 1982 фин. году, 200 млрд, в 1983 г. В последний год правления администрации Картера сумма дефицита составляла 60 млрд. долл. Критикуя этот огромный долг, Рейган в 1981 г. сравнивал его с горой из тысячедолларовых банкнот, высота которой составила бы 67 миль. Сегодня, как официально признается, к ней следовало бы добавить еще одну гору, которая поднялась бы в космос. О царящих в Штатах тревоге и беспокойстве по поводу дефицита и государственного долга свидетельствует предупреждение, высказанное пятью бывшими министрами финансов и шестьюстами бизнесменами и научными работниками на страницах журнала «Тайм» осенью 1984 г. Они заявили, что Соединенные Штаты рискуют «экономическим будущим и благополучием страны». Широко рекламируемое обещание снизить в будущем дефицит на 80 млрд. долл, к 1988 г., по мнению большинства американских экономистов, является пропагандистским трюком. Финансировать государственный долг правительство может только посредством займов на внутреннем рынке. Но для этого оно должно платить высокий процент по государственным облигациям с тем, чтобы свободные деньги направлялись прежде всего в этот канал, на гонку вооружений.
Высокие учетные ставки, по признанию официальны к представителей Вашингтона, сохранятся и в будущем. В статье, опубликованной летом 1983 г. в газете «Нью-Йорк Таймс», Мартин Фельдстайн, председатель Экономического совета при президенте, писал: «Если правительство будет и впредь брать взаймы 5–6 % ВНП для покрытия дефицитов своего бюджета, то реальные процентные ставки должны оставаться высокими, чтобы ограничить частных заемщиков пределами остающихся фондов». Как бы отвечая Фельдстайну, французская газета «Монд» в сентябре 1983 г. писала, что «если бы американская администрация применяла к самой себе те же жесткие правила, которые опа вкупе с Международным валютным фондом налагает на погрязшие в долгах государства, то США пришлось бы заставить и самих себя ежегодно обеспечивать активное сальдо бюджета, чтобы уменьшить свою внутреннюю и внешнюю задолженность»[9].
