В Скандинавии любят вспоминать времена викингов, придавая им романтическую окраску. Однако недавно наиболее предприимчивый руководитель промышленной компании в Швеции, генеральный директор концерна «Электролюкс» Г. Вертеп вспомнил о них в другой связи. На заседании так называемого мини-Северного Совета[35] деловых кругов северных стран при шведском, журнале «Векканс афферер» он в качестве первоочередной задачи, стоящей перед промышленностью Севера Европы, указал на необходимость активизации усилий в области разработки внешних рынков. Констатировав ухудшение «конъюнктурного климата» в Европе, Вертен поведал своим слушателям, что викинги отправлялись в странствия не только, чтобы грабить дальние страны, но чтобы и торговать в широких масштабах. «Мы должны вдохнуть жизнь в формулу мышления, которая осталась у датчан в большей степени, чем у других скандинавов: «отправляйся в другие страны и веди там дела». Другие на Севере Европы многому могут поучиться у этой прекрасной датской традиции [36].
Скандинавы известны своим прагматизмом. К решению проблем, поставленных «взаимозависимостью» в краткосрочном плане, они активно и широко привлекают дипломатический аппарат. Кроме краткосрочных, рост взаимозависимости ставит и весьма серьезную долгосрочную проблему: сумеют ли малые страны сохранить свою экономическую независимость, национальную самобытность в условиях, когда растущая и более динамичная часть экономики проявляет тенденцию выйти из-под контроля национальных правительств?
В Швеции было проведено на этот счет специальное исследование: «Будущее Швеции в глобальной индустриальной системе», — которое финансировали государственные организации. Как тревожный колокольный звон, воспринимается предсказание американского специалиста по транснациональным корпорациям Г. Перлмюттера, по методу которого это исследование проводилось. В своем послесловии к опубликованной монографии о результатах исследования он не оставляет шведам надежд на сохранение национальной самостоятельности и прямо говорит, что перспектив сохранить свою самобытность и остаться «желто-голубой»[37] у Швеции практически нет. Однако такая перспектива вряд ли устроит шведов.
Вопрос сохранения независимости, национальной самобытности волнует все скандинавские страны. Но ставится и решается он ими неодинаково, в зависимости от специфических условий их исторического и экономического развития. Поэтому целесообразно рассмотреть эту проблему в разрезе каждой из трех стран в отдельности.
Швеция:
проблема остаться «желто-голубой»
До недавнего времени «экономизация» дипломатии Швеции была наименее явной. Более крупная, чем норвежская или датская, по масштабам экономика, ее относительная стабильность, положение нейтральной страны, давние дипломатические традиции сказывались и во внешней политике. Швеция выступала, в частности, на международных форумах более активно по политическим проблемам. Для продвижения экономических интересов помощи со стороны государства бизнес особенно не требовал — крупнейшие шведские монополии, благодаря узкой специализации, доминировали в своей «нише» рынка.
Но вот в конце 1982 года к власти после шестилетнего перерыва вернулись социал-демократы, и в числе самых первых шагов нового правительства была реорганизация системы органов внешних сношений. Правительство Пальме расформировало министерство торговли, передав управляемое ранее совместно этим министерством и министерством иностранных дел торгово-политическое управление в состав МИД.
Управлению повысили дипломатический ранг, переименовав его в министерство внешней торговли. Организационно это новое министерство входит в состав МИД, но возглавляется отдельным министром. Это объединение политики и экономики под крышей дипломатии преследует две цели — координацию внешней политики в целом, как единой линии государства в международных делах, и, во-вторых, шире, активнее и эффективнее использовать зарубежные дипломатические службы в интересах продвижения шведских товаров. Торговых советников спешно вызвали в Стокгольм для инструктажа. Когда новому министру внешней торговли журналисты задали иронический вопрос, не собирается ли он переквалифицировать дипломатов в коммивояжеров, г. Хёльстрем иронии не принял и ответил на этот вопрос утвердительно, заявив, что предпринятые меры — только начало и, по его мнению, весь смысл активной внешней политики и состоит в том, чтобы содействовать экономическим интересам страны.
