Правительство Тэтчер, изыскивая средства для растущих военных расходов, экономит и на финансировании организационных расходов, поэтому в последнее время крайне неохотно идет на поддержку инициатив по внедрению новых форм стимулирования экспорта. По этой причине оно неизменно выступает за отмену большинства форм финансирования экспорта всеми западными странами. Почему бы им не проявить солидарность и не помочь английским компаниям укрепиться на рынках этих самых западных стран.
Наряду с развитием экономической дипломатии на двустороннем уровне в послевоенный период, как видим, отмечается и явно выраженная тенденция повысить свой «дипломатический вес» с помощью ассоциаций, например, ЕЭС, которое используется для защиты интересов ее членов, особенно в переговорах с США, когда становится ясно, что в одиночку в данном вопросе ничего не добиться. Многосторонняя дипломатия повысила возможности достижения внешнеэкономических целей малых промышленно развитых стран.
Сложившееся примерное равенство потенциалов Великобритании, ФРГ и Франции каждое из которых старается обратить в свою пользу, в частности, путем блокирования с партнерами меньших экономических категорий для того, чтобы повысить собственный «дипломатический вес» в международных делах и таким образом обойти партнера. Примером такой политики может служить поведение Великобритании по отношению к своим партнерам по Европейской ассоциации свободной торговли (ЕАСТ), которая с самого начала рассматривалась Лондоном как дипломатический рычаг для получения более выгодных условий вступления в Сообщество. Использовав ЕАСТ в своих целях, Англия затем бросила меньших партнеров на произвол судьбы: ЕЭС отказалось вести с ними многосторонние переговоры и «расправилось поодиночке», заключив таможенные соглашения на гораздо худших условиях чем те, на которые эти страны надеялись, рассчитывая на переговоры между группировками в полном составе.
Стремясь к достижению своей главной цели, Англия согласилась при создании ЕАСТ принять на себя ряд обязательств, не требуя встречных уступок от малых государств. Раньше в подобных случаях Великобритания предпочитала получить все выгоды от многостороннего соглашения, не принимая на себя никаких обязательств. Так, кстати, создавалась система имперских преференций, когда Англия подписала с участниками переговоров в Оттаве в 1932 г. восемь отдельных соглашений. Стокгольмская конвенция о создании ЕАСТ явилась, напротив, своего рода «пакетом» решений, где почти каждому младшему партнеру была сделана какая-либо уступка. Например, ради участия в ЕАСТ Дании Англия согласилась включить в соглашение обработанную сельскохозяйственную продукцию, хотя договор о зоне свободной торговли касался по первоначальному замыслу только промышленных товаров. Учитывая интересы Норвегии, в конвенцию был включен такой товар, составляющий важную статью экспорта, как мороженое рыбное филе. Наиболее слабым участникам — Норвегии и Португалии — предоставили более медленный график таможенного «разоружения» для особо «чувствительных» в отношении иностранной конкуренции отраслей промышленности.
Несмотря на участие в государственно-монополистических объединениях типа ЕЭС и ЕАСТ, большинство развитых капиталистических стран пытается сохранить национальную самостоятельность и решить проблемы, поставленные «взаимозависимостью», собственными силами. Особенно остро стоит эта проблема для малых развитых стран, благосостояние которых основано на узкой специализации в международном разделении труда, что делает их особенно уязвимыми к изменениям на внешнем рынке.
«Малые привилегированные нации»
в условиях взаимозависимости
Взаимозависимость между ведущими империалистическими державами причиняет им некоторые неудобства, по, разумеется, не угрожает национальной независимости пи одного из них. А вот что касается малых государств, тут дело обстоит сложнее. Некоторые западные исследователи отмечают, что возросшая взаимозависимость между неравными партнерами может привести к большей потере способности проводить внутреннюю политику со стороны более слабого и в связи с этим не исключены попытки вырваться из этой системы.
Типичным примером малых государств, отличающихся высокой степенью зависимости от внешнего рынка, являются скандинавские страны — Швеция, Норвегия, Дания. Их экспортная квота составляет 30–40 % ВНП, а для основных экспортных отраслей достигает 70 % и выше. Отсюда, в частности, их активность на дипломатической арене, в последнее десятилетие весьма заметная. Они — непременные участники всех совещаний и многочисленных форумов, выступают нередко в роли «посредников» во взаимоотношениях между группами стран при решении глобальных международных проблем, таких, к примеру, как отношения между Востоком и Западом, Севером и Югом, проявляют инициативу по проблемам разоружения и другим актуальным международным вопросам.
