Серьезные разногласия в мире капитализма возникли и относительно методов хозяйственного регулирования на уровне мировой капиталистической системы. С точки зрения развивающихся стран существующая так называемая либеральная или «открытая» система международного регулирования в условиях колоссального фактического неравенства увековечивает их зависимое, подчиненное положение. Добиваясь пересмотра существующих правил, процедур и институтов, регулирующих международные экономические отношения, эти страны выдвинули требование сделать их экономическое развитие главной целью международного регулирования, чтобы они в конце концов смогли вырваться из костлявых объятий нужды и голода.
Созданная империалистическими государствами система перестала удовлетворять и многие развитые страны. Усиление интернационализации хозяйственной жизни и невиданные доселе рост и распространение транснациональных корпораций определенно ограничивают государственно-монополистическое регулирование экономики на национальном уровне. Оно становится все более сложным делом для правительств, особенно малых стран.
Все это объективно привело к краху послевоенной системы международного регулирования капиталистической экономики, который стал очевидным летом 1971 г. после того, как Соединенные Штаты отказались в одностороннем порядке, практически без предварительных консультаций с партнерами, от обмена долларов на золото, лишив тем самым международную валютную систему ее основы.
Все это привело к тому, что экономические конфликты поднялись на самый высокий дипломатический уровень и стали предметом постоянных консультаций, споров, препирательств, разбирательств на встречах глав ведущих стран Запада. Между прочим, эти встречи превратились одновременно в некое состязание политической силы участников. Круг «сильных мира сего», присвоивших себе право решать судьбы мировой экономики, по-прежнему остался узким. Несмотря на лицемерные декларации о равноправии больших и малых государств, они не включили в состав форума глав правительств, представляющего неофициальный руководящий центр мирового капитализма, малые государства, в том числе и членов так называемой группы десяти (Швеция, страны Бенилюкса), игравшей важную роль в регулировании международной валютной системы во времена Бреттон-вудской эры.
Теперь совещания собираются на уровне «семерки», в составе США, Великобритании, Франции, ФРГ, Италии, Японии и Канады. Первоначально совещания занимались исключительно валютными проблемами, но затем круг вопросов, помимо воли «семерки», расширился. Разногласия между участниками все чаще вырывались наружу, все больше становилось злободневных экономических проблем.
В период версальских переговоров после первой мировой войны германский канцлер Вальтер Ратенау говорил: «Мой рок — политика». Перефразируя его, канцлер ФРГ 70-х годов Гельмут Шмидт любил произносить: «Мой рок — экономика».
Показательно, что главы правительств рассматривают вопросы, связанные с регулированием не только международной экономики, но и вторгаются в «святая святых» суверенного капиталистического государства — во внутрихозяйственное развитие. Па совещаниях глав правительств «семерки» в Бонне (1978 г.), Токио (1979 г.), Венеции (1980 г.), Оттаве (1981 г.), Версале (1982 г.) круг рассматриваемых проблем был почти одинаков, что дает основания считать эти проблемы наиболее острыми и важными в долгосрочном плане. Вот основные из них:
— экономические трудности;
— валютно-финансовые проблемы;
— торгово-экономические противоречия;
— энергетическая проблема;
— отношения между промышленно развитыми и развивающимися странами;
— отношения Восток — Запад.
Валютная дипломатия
«Свободное плавание» или интервенция?
