Экранизации не подлежит полностью

Судья(глухо) В связи с появлением новых обстоятельств, отягчающих вину подсудимого… но учитывая, что подсудимый впервые привлекается в уголовном порядке, Суд еще раз внимательно ознакомился с делом и постановил: запретить гражданину Мазину Л.Н. писать, подписывать и рисовать сроком на… до полного исчезновения опасного для общества дара, с ежемесячным прохождением проверки специалистами.

В зале гул одобрений и протестов. Мазин ухмыляется.

На мосту стоит Мазин в старой одежде, с рюкзаками за спиной и собирается прыгать.

Люда(кричит) Нет! Не смейте!

Мазин вздрагивает и оборачивается на крик. По мосту бежит Люда с рюкзаком.

Мазин. Вы?

Люда. Я волновалась и всё боялась войти в зал, но надеялась, что вы что-нибудь придумаете и произойдет чудо. Что там было? Вы….вы молчите?

Мазин (безучастно) Ничего особенного. Жена лишила меня голоса, а суд обрубил руки. Хотите довершить экзекуцию? Подтолкните, пожалуйста. Ноги ватные, а сил нет.

Люда. Вы…вы не имеете права.

Мазин. Возвращайтесь к мужу, прошу вас. Не мучайте ни себя, ни меня. Послушайте доброго совета, ибо я нищ.

Люда. Вы не прыгнете!

Мазин. Почему же?

Люда. Неужели вы совсем не помните меня?

Мазин. Простите?

Люда. Однажды вы так точно описали мою жизнь и так больно сделали мне. Но благодаря этой спасительной боли я увидела, в какой тюрьме живу и кто такой мой муж. Вы убедили меня, что я встречу настоящего короля…

Мазин. Так это вы? Я виноват, что разбил вашу семью. Что я наделал…

Люда. Что наделали? Вы однажды открыли мои глаза на мое прошлое и потому не надейтесь, что я позволю вам закрыть ваши на будущее. Я тоже перед вами в долгу и если не отойдете, я встану рядом.

Люда пытается потеснить Мазина и встать на его место. Они молча смотрят друг на друга.

Мазин (зачарованно) Так это вы.

Люда. Я ушла из дому… из-за вас.

Они толкаются, Люда пытается оттолкнуть Мазина от края моста, но вдруг поскальзывается на банановой кожуре и падает с моста, Мазин падает за ней.

Из мусорной кучи в кузове грузовика выныривают Мазин и Люда — оба грязные.

Мазин. Черт, а могли бы разбиться.

Люда(улыбаясь) Нет, не могли.

Мазин. Почему?

Люда. Я так пожелала.

Мазин. Я тоже. (радужно) Хотите пообедать в Париже?

Люда. С вами хоть в тундру, мой король.

Мазин лезет к кабине и барабанит по крыше кулаками.

Мазин(водителю) Эй, любезный, останови у ближайшего киоска. Мне надобно купить дюжину открыток.

Мазин поворачивается на спину и растягивается на куче мусора. К нему под крылышко лезет Люда. Мусоровоз уезжает. А на мосту танцует вальс Кира.

Как только мусоровоз с Вованом-Мазиным и актрисой уехал и режиссер скомандовал: «Снято!» тотчас на площадку явилась Маша. С вызовом, не обещающим мирной беседы, она вопросительно крикнула:

— Как снято? А как? А где Вова? Вова! Ты куда с этой лахудрой, хомяк штопаный? Так вот где ты ночевал? А ну вернись!

Злобные выкрики так и сыпались из взбешенной Маши, которая со спринтерской скоростью бежала за грузовиком, угрожала Вовану уморить его голодом, а актрисе повыдирать ноги и руки. Оператор решил не останавливать камеру.

— Вот она, сила искусства! — заметил режиссер. — Мадам, это же кино.

Но мадам уже не слышала. Она категорически отказывалась принимать такую натуральность игры ее мужа. А Рита повернулась к мужу и сказала:

— Больше никаких съемок, обещаешь?

Пришлось пообещать ради спокойствия в веселой семейке.

Но спустя три дня после того как Григорич отправил все три фильма на разные студии, только из одной пришел откровенный ответ от редактора. Тот благодарил молодого сценариста за занимательные комедии, но приписал, что поскольку Григорич — новичок в мире киноискусства и еще ничем не зарекомендовал себя в индустрии, то вряд ли когда-нибудь его сценарии перейдут из разряда любительских на профессиональный уровень.

— Так что же мне делать? — спросил Григорич в ответном письме.

— Один вам совет: Вам нужно зацепиться, встрять в наш бизнес, познакомиться с кем-то и быть представленным — или лично или через…

— Что-то? — изумился Григорич.

— Нет-нет, — успокоили в студии. — Через имя в титрах хотя бы.

Когда Рита спросила, почему ее муж такой мрачный, Григорич подавленным голосом рассказал, что ему посоветовали отдавать свои сценарии бесплатно — за имя в титрах.

— Сейчас много студентов из киношкол и институтов снимают короткометражки для курсовых проектов, — добавил он. — Надо предлагать, авось понравится что-нибудь, и они соизволят экранизировать. И это только начало пути.

— Что же ты решил, милый? — взволнованным голосом спросила Рита.

— Пусть будет так, — вяло ответил Григорич. — Устал я, честно говоря. Очень устал.

Рита тихонько подошла к мужу, приобняла его и прошептала на ухо:

— Я тебя люблю. Ты — мой Мазин.

По телу Григорича словно токи прошлись и он очнулся. Обхватив ноги Риты, он стал целовать ее живот и говорить, как сильно тоже ее любит.