Мы называем правой такую позицию, когда все разнообразие мира и, стало быть, вытекающее из него неравенство людей рассматриваются как Добро, а прогрессирующая однородность, которую вот уже две тысячи лет не устают превозносить и воплощать на деле сторонники уравнительной идеологии, — как Зло… Враг в наших глазах — это не «левые», не «коммунизм», не какая-то там «подрывная деятельность», а именно идеология уравнительности, формулы которой, как религиозные, так и светские, как метафизические, так и претендующие на научность, не перестают процветать уже два тысячелетия подряд. «Идеи 1789 года» были только одним из этапов этой идеологии, а коммунизм и всякая иная подрывная деятельность стали ее закономерным финалом.
ИСТОКИ ЦИВИЛИЗАЦИИ. Начиная примерно с 2500 года до примерно 1600 года до новой эры индоевропейские народы волна за волной затопляли Европу, Иран, Северную Африку. Уже тогда их объединяла известная культурная и религиозная общность. Они избирали своих вождей, которые правили, опираясь на представительные собрання. Гитлер ошибался, думая, что эти народы представляли собой единую, монолитную расу, — напротив, это была раса народов-метисов, которые по своей цивилизаторской миссии и социальной иерархии намного превосходили окружающие их цветные народы. Именно победоносная индоевропейская раса, от которой мы происходим, оказалась наиболее предрасположенной к культурному, техническому, научному развитию и закономерно заняла доминирующее положение в мире. К сожалению, все, чем она одарила мир, теперь в огромной степени повернулось против нее самой. Цветные народы предъявляют нам растущие и все более неумеренные требования. Да и изнутри нашу цивилизацию раздирают конфликты и войны, угрожающие ей гибелью. Позитивная наследственность индоевропейских народов несет на себе печать отрицания, опасного для их будущего, о чем свидетельствует, например, ожесточенная борьба за гегемонию между США и СССР. Индоевропейские народы могут и должны по-новому осмыслить свое будущее. Для этого они в первую очередь должны избавиться от того наследия прошлого, которое нанесло им наибольший урон, — от христианства и от коммунизма, ибо христианство есть не что иное, как древняя форма большевистской идеологии.
