К просьбам Пита стоило относиться очень внимательно. Дело в том, что как-то раз довелось мне попасть в серьёзную передрягу. Оказался в плену у бандитов. То было моё первое смертельно опасное приключение, а в этом мире – так и вообще первое. По всем правилам, должны были меня там ликвидировать. И сделали бы это, если бы не Пит. Он тогда работал под прикрытием в той самой банде. Светящиеся щёки ему не мешали, и вытащил он меня в самый последний момент. С тех пор я у него в неоплатном долгу. Поэтому, когда парень обратился с личной просьбой, отказать я ну никак не мог.
– А с ней что-то не так?
– С ней всё так, просто она не из наших, понимаешь? В её окружении могут без должного уважения отнестись ко мне как к её парню.
– Какие сложности. Вот ключи, нет проблем. Замок на тебя перепрограммирую.
– Спасибо, друг. Выручил.
Девушку Пита удалось увидеть в тот же вечер. Это было миловидное создание – и настолько тоненькое, что я немного забеспокоился. Как бы Пит не придавил там её, в порыве страсти. Да ещё и в моей квартире.
Звали девушку Рила. Училась она на первом курсе университета. Хотела специализироваться по регенеративной медицине. В двух словах я им растолковал, что где и как у меня там лежит, что можно трогать, а что – лучше не надо. Правда, у меня всё стандартно, так что особо много времени объяснения не заняли. Потом помахал влюблённой парочке ручкой и убежал к Вик.
На другой день мой приятель выглядел как-то задумчиво.
– Рила вчера любопытную вещь рассказала, – ответил он на мой невысказанный вопрос. – У них в универе, на факультете, ходят упорные слухи, будто где-то кто-то выращивает суперсолдат. По какому-то частному заказу и в глубокой тайне. Думаю, шефу надо передать, как полагаешь? Пусть по своим каналам проверит.
– Точно. Вот ты и передай. Твоя же девушка слышала.
– Что-то не хочется её вмешивать, – замялся Пит. – Да и шеф в последнее время не очень-то меня уважает. Может, ты?
– Нет уж. Кто нарыл инфу, тот и докладывает. Это правило. Кстати, меня он тоже едва терпит. В любую секунду может уволить.
– Да?
– Да. А где и кто этих суперов выращивает? Этого твоя Рила не сказала?
– Нет, конечно. Говорю же: слухи. Кто что болтает. Там уже не поймёшь, где правда, а где откровенная лажа. Одно можно сказать: говоривший верил в свои слова.
– Это Рила так объяснила?
– А кто ещё? У неё абсолютный нюх на ложь. Ей бы в полиции работать или в защите, а не в медицине.
– Тогда она стала бы нашей коллегой. Не всем же такое достаётся. Вот ты как попал в свою академию?
– Разве не знаешь?
– Нет. Откуда?
– Думал, все слышали и уже надоел своими рассказами. Была у меня мечта в ранней юности. Людям помогать. Странно, да? У всех вокруг какие мечты? Много денег заработать. Наркоту безопасную придумать. Хороший дом купить. Доходный и надёжный бизнес замутить. А вот я выбивался из общей обоймы.
– И что, в академии вас к такому не готовили?
– В академии? Я тебя умоляю. Академия – это не та жизнь, на которую я рассчитывал, когда поступал. Но я благодарен ей за полученный опыт. Многому научился, многое там узнал. Как о себе, так и о других людях. Но при поступлении я и не предполагал, что так всё закончится.
– Что, реальный студенческий опыт сильно отличается от того, что ты ожидал, когда поступал?
– Не то слово. Я-то что думал? Что у меня окажется больше свободного времени.
– Не оказалось? – удивился я. – Обычно студенческая жизнь – самое весёлое время.
– Ага, как же. Фиг тебе. На самом деле свободного времени там вообще нет. Кроме занятий в аудиториях студент постоянно загружен домашними заданиями, подготовкой к очередным тестам и посещением тренировок. Потом нескончаемые практики. То, что я ожидал, когда поступал, с реальностью никак не соотносилось. Например, я даже не думал, что придётся работать так много. Не представлял, что придётся иметь дело с трудными и нудными преподами. Скажу больше, в академии трудилось несколько преподавателей разного ранга, которые вообще не понимали концепций, которым обучали. Тем не менее были такие, которые хорошо во всём разбирались и, главное, всегда были готовы помочь. А потом наступила та самая дипломная практика. Та, последняя. Потом – госпиталь, долгое лечение, реабилитация, диплом, который мне всунули в руки чуть ли не на лестнице перед ректоратом, и направление сюда. К вам.
– Но у нас-то тебе хоть нравится?
– А тебе? – в ответ поинтересовался Пит.
– Я первый спросил.
– Ничего так. Жить можно. Если бы не все эти плохо спланированные и скверно подготовленные операции, в которых регулярно приходится участвовать, вообще было бы классно. Но почему такая организация? Ошибки глупые? Это же смертельно опасно. Люди гибнут.
– Скажи шефу.
– Сам скажи. Знаешь, мне бежать пора. Опаздываю уже. Скоро у нас совместное патрулирование, вот там времени много будет. Нормально поговорим. Ну, пока.
