Когда его довели до мешков, разбойник приказал ему остановиться и начал возиться с завязками мешков. Они никак не поддавались, и бандит нервничал. Наконец узлы сдались, и Герку тоже удалось заглянуть вовнутрь. Сплошь монеты из бай. Целое состояние, даже у Герка захватило дыхание. Матовые, светло серые монеты скрылись в мешках, и его конвоир приказал идти дальше, а сам взял оба мешка, направляясь в другую сторону. Лицо капитана выражало крайнюю степень напряжения и, похоже, совершенно не собиралось расслабляться.
Разбойник с мешками успел сделать четыре шага, когда откуда-то со стороны, пролетев с жутким свистом, ему в шею вонзилась стрела. Острый наконечник пробил шейные кости, и бандит, даже не поняв, что его убило, запнулся и в полный рост упал. Со всех сторон одновременно воткнулись в землю не меньше десятка снарядов. Одна из стрел попала в мешок, распоров в нем дыру, из которой немедленно высыпались на дорогу множество маленьких дисков, задорно покатившихся во все стороны. Стрелы летели нескончаемым ливнем, по большей части попадая куда придется. С обеих сторон одновременно закричали о засаде. Обернувшись на звук падения, Герк застыл, глядя на тело. Стража Анрайтов выстроила коробку щитов и двинулась к Герку. Со всех сторон по ним били стрелы, отскакивая от окованных в металл щитов. Разбойники бросились бегом в сторону Герка, по пути теряя еще двоих под градом летящих стрел. Численность отрядов уже сравнялась, когда разрозненный сброд разбойников пронесся мимо Герка и вломился в стену щитов. Герк едва успел удивиться тому, что до сих пор жив, когда за спиной началась отчаянная схватка. От каждого отряда отделились несколько человек и разбежались в стороны, откуда летели стрелы. Высокие деревья и кусты закрывали обзор, но стреляли явно оттуда. Малый отряд зашел в заросли и обстрел прекратился. Анрайты начали теснить разбойников, принимая удары на щиты. Легкие доспехи бандитов не выдерживали мощных атак тяжелых мечей стражников, и яростная атака, предпринятая разбойниками, захлебнулась. Они отступали в сторону Герка, и он понял, что лучше убираться подальше. Он побежал. Но тут же споткнулся о мешок с монетами, времени не было, и дальше он пополз, стремясь как можно быстрее скрыться. На краю дороги был небольшой овраг, в который он и свалился. Герк выглянул на дорогу. Обстрел снова начался – значит напавшие сумели перебить отправленные к ним отряды. Сражающиеся начали падать чаще. Капитан стражи выкрикивал команды, пытаясь отправить людей в атаку на лучников и одновременно договориться с бандитами. Разбойники внезапно вышли из боя и бегом направились в сторону мешков с монетами. Стражники, воспользовавшись положением, рванули в сторону стрелявших. До того, как стражники ушли в заросли, последний залп лучников попал точно в остатки отряда разбойников. Оставшиеся на ногах четверо схватили мешки, из порванного тотчас высыпалось не меньше половины. Один из разбойников начал собирать монеты, но другие его окликнули, и они скрылись.
Герк сидел в овраге и наблюдал за местом недавнего сражения. Где-то в зарослях слышались звуки битвы. Вся дорога усеяна телами, кто-то еще дышал, но вряд ли сможет дотянуть до лекаря. Разумеется, стражники Анрайтов раздавят нападавших, кем бы они ни были. Осталось немного и для Герка все закончится. Тягучая, как смола, мысль медленно ползла через сознание. «А что потом? Приедешь домой, покажешься на глаза отцу и попросишь выкупить Великого Динка и остальных?» Все это звучит слишком хорошо. Даже если отец не взбесится, даже если его не сочтут умалишённым: в итоге он так и останется бесполезным. В голове набатом зазвучал голос главаря разбойников: «Тебе повезло, вайонг». Внезапно страх, сковывающий тело и сознание, заставляющий сидеть в овраге, пока другие гибнут за него, отступил. Дыхание выровнялось, в голове словно все прояснилось. Он быстрым движением выпрыгнул из оврага. Пробегая мимо схватил горсть монет, не обращая внимания на оставшиеся. Разбойники с мешком не могли далеко уйти и, если поднажать, то можно будет их догнать. Он проследит за ними с безопасного расстояния. Что именно Герк будет делать после, он не знал. Единственное, что он знал точно, он никогда больше не будет бесполезным. Он сделал этот выбор в тот день, когда ушел из дома в Жреческую Обитель, и сейчас он просто вспомнил о нем.
