Ветер свистел в ушах, все тело обдувал приятный прохладный воздух заканчивающегося лета. Герк бежал легко, в руке сжимал горсть баевых монет. В Обители учили читать следы, хотя Герк в этой науке не преуспел ни сколько. Ему едва хватало умений, что бы отличить след идущего от следа бегущего. Но следы четверых, закованных в пусть и легкую, но все же броню, бегущих людей, было не сложно проследить даже для такого неумехи, как Герк. Он сразу вышел на след. И, хотя, от первоначального плана пришлось отказаться, ведь догнать или хотя-бы увидеть впереди разбойников так и не удалось, по следам найти их он сможет. Бегать на большие расстояния для Герка было тяжело, и пришлось все же замедлиться и перейти на шаг. В середине дня, когда два солнца клонились к закату, Герк, вышел к месту, которое не сразу узнал. В темноте всегда все кажется не таким, как при свете дня. Землянок было на много больше, чем ему показалось ночью, хотя землянка главаря все так же отличалась размерами от всех остальных. Вокруг лагеря бандитов была широкая просека, на которой ответственно и со знанием дела было вырвано все, вплоть до самой мелкой травинки. Это должно было исключить возможность подкрасться незамеченным. Герк несколько мгновений решал: стоит ли идти через просеку, прикидывая: сколько стрел в него сейчас может прилететь. Все же решившись, он сделал шаг, затем другой. Ничего не происходило, и Герк немного осмелел. Спустя еще десяток шагов причина столь активного игнорирования его со стороны разбойников стала ясна. Лагерь был пуст. Не совсем пуст, потому как посреди лагеря лежали тела четырех разбойников, которых преследовал Герк. Можно было заметить еще недавно горевшие костры, угли в которых до сих пор хранили тепло, хоть и были наскоро залиты водой. Во многих землянках двери остались открытыми. Единственное, в чем Герк преуспел помимо наук сугубо теоретических, это ориентирование на местности. Он безошибочно определил, где находится яма, в которой его держали, и направился туда. Внутри, разумеется, никого не оказалось. Герк заглянул в остальные ямы и, ожидаемо, в них тоже никого не нашёл. Он некоторое время бродил по лагерю, пытаясь читать следы. Все было бесполезно, он не следопыт, а если бы и был им, вокруг все так утоптано, что можно не сомневаться: найти что-то невозможно!
Герк сел на землю, рядом с погасшим костром. На глаза сами собой стали наворачиваться слезы. Живо пред взором предстало: снисходительно печальное лицо отца, фальшиво участливые улыбки братьев, за которыми легко угадывалось ехидство и злорадство. «Ах, это же малыш Герки, ну что вы от него хотели, хорошо хоть жив остался»– звучали голоса семьи. Все они были бесполезными в прямом смысле этого слова. Никакой власти отец не имел уже давно, а поговорка «Сытый, как Анрайт» обзавелась еще и саркастичным близнецом «Умный, как Анрайт». И все эти червяки будут теперь смеяться над Герком, ведь даже испытание он пройти не смог. Судьба просто издевается над ним, показывая, как он мог стать кем- то большим, свершить великие дела, а после забирает всякую возможность. Что бы он знал, чего именно лишился. «Как глупо было обещать Великому Динку, что он сможет ему помочь».
Быть может, Арс уже сразил всех разбойников, и освободил богов. И вновь приходится признать, что вайонг это самое подходящее для Герка прозвище.
–«Это значит: бесполезный» – звучал в голове голос Собура.
–«На старом языке, на котором написаны жреческие книги». – Нет. Не так. «Скрижали». Откуда простой разбойник, пусть и главарь, может знать такие вещи? Герк встал. Вытер рукой катящиеся слезы. Прямо впереди, всего в нескольких шагах, была землянка главаря. Дверь, как и во многих других, была открыта. Герк решительно зашагал в сторону землянки. Зайдя внутрь, он увидел уже знакомый стол, теперь стол не казался таким длинным. Герк обошел всю землянку, ничего интересного не было. Пара сундуков, которые в спешке не стали брать, и в которых осталась одежда. Какая – то драная и грязная, как у нищих на рынке, некоторая совсем новая. Что-то среди вещей привлекло внимание, и Герк всмотрелся. Небольшой клочок бумаги, по виду старый. С одной стороны был рисунок, схематичное изображение деревьев, реки и чего-то еще, начинавшегося с одной стороны листа и доходившего до другой. Герк перевернул бумагу. На обратной стороне в несколько рядов были аккуратно выведены символы. Совсем не похожие на знакомые Герку руны. Ничего общего с тем, что он когда-либо видел, эти символы не имели. Может бессмыслица, просто каракули, но что-то подсказывало Герку, что это не просто каракули.
