– Мы не видим ничего, кроме разрушенных кораблей и пространства, которое не поддаётся анализу, – Хэйвард отступил на шаг от экрана. – Но мы знаем, что на этой планете были оставлены следы, которые нельзя игнорировать.
Он повернулся к офицеру связи.
– Соедините меня с капитаном Винсентом.
Спустя секунду на экране появилось уставшее, но сосредоточенное лицо Рея Винсента.
– Капитан, у нас есть данные. Но они нам не нравятся.
– Мне они тоже не нравились с самого начала, – Винсент слегка прищурился. – Мы потеряли людей. Иван и Лиана исчезли. Матрицы лидеров до сих пор не найдены.
Хэйвард наклонился вперёд:
– Мы знаем, что учёные Земли проводили здесь эксперименты. Мы знаем, что они оставили за собой следы. Мы знаем, что пауки продолжают патрулировать территорию. Но есть кое-что, чего мы не знаем.
Винсент ждал.
– Куда исчезает информация? – услышал он вопрос и откинулся в кресле:
– Наши сенсоры не могут проникнуть внутрь определённой области. Мы не видим, что там происходит.
Винсент кивнул:
– Потому что эта область не принадлежит нам.
Хэйвард взглянул на экран, где отображались пустые координаты.
– Мы запускаем разведывательную операцию. Немедленно.
В этот момент Севантор изменился для Земли навсегда.
Капитан Рэй Винсент молча наблюдал за панорамным изображением, разворачивающимся перед ним на командном экране. Голографическая карта Севантора медленно вращалась, отмечая аномальные зоны мерцающими красными контурами. Кривые энергетических всплесков, отчетливо фиксируемых сенсорами, указывали на непредсказуемые изменения в пространственной структуре. Они выглядели не хаотичными, а скорее упорядоченными по законам, которые пока никто не мог объяснить.
Планета жила по своим собственным принципам, чуждым привычной логике. Но сейчас у Винсента не было времени на философские размышления.
– Связи с Иваном и Лианой по-прежнему нет? – голос его прозвучал ровно, но в нем чувствовалось напряжение.
Офицер связи Эдвард Тэннер, не отрываясь от панели управления, слегка наклонился вперед, пробегая взглядом по бесконечным строкам данных.
– Никаких сигналов. Последняя зафиксированная активность – момент их входа в аномальную зону. После этого – тишина.
Винсент провел ладонью по щетинистому подбородку, прикидывая варианты. Время уходило.
– Что с посадкой?
– Оптимальная точка выбрана в пяти километрах от зоны аномалии, – доложил навигатор Марк Хенсли, уверенным движением пальцев выводя на экран расчетный маршрут высадки. – Гравитационные возмущения в пределах допустимого, но гарантии стабильности нет.
– Нам достаточно нескольких часов.
Хэйвард, который до этого момента наблюдал молча, склонил голову, отмечая слова Винсента.
– Вы уверены, что необходимо рисковать?
Капитан повернулся к нему.
– Я уверен в том, что нельзя терять время. Иван и Лиана – наши люди. Если мы будем медлить, мы можем их потерять.
– Они уже могут быть мертвы.
– А могут быть и живы.
Между мужчинами на мгновение установилось напряжённое молчание. Оба понимали риски. Но если адмирал видел ситуацию с позиции стратега, Винсент воспринимал её на слишком личном уровне. Он знал, как работает военная машина: пропавших списывают первыми. Особенно если речь идёт о миссиях, где слишком высока цена ошибки. Но он не собирался их списывать.
Хэйвард вздохнул, будто признавая неизбежность решения.
– У вас шесть часов.
– Мне хватит трёх.
Капитан развернулся к команде.
– Готовьте капсулы. Мы идём на Севантор.
В тот момент, когда двери командного модуля плавно сомкнулись за ним, он знал – назад дороги уже нет. Теперь они играют по чужим правилам.
Вскоре после отправки первых разведывательных дронов стало очевидно, что местность, в которой исчезли Иван и Лиана, представляла собой не просто участок непредсказуемой топографии, а зону со сложной пространственной динамикой.
Дроны передавали нестабильные сигналы, их сенсоры фиксировали резкие колебания плотности материи, а визуальные камеры захватывали картины, которые не поддавались привычной логике. На отдельных фрагментах записи следы казались чёткими, как будто кто-то ещё совсем недавно оставил их на мягком песке, но стоило системе переключиться на другой диапазон, как поверхность начинала мерцать, распадаясь на фрагменты, словно кадры наложенных друг на друга реальностей.
Винсент вглядывался в изображения на голографическом экране, нахмурившись. Он уже видел подобное в теоретических выкладках учёных, которые исследовали аномальные зоны, но одно дело – академические рассуждения, и совсем другое – наблюдать это в реальном времени, понимая, что там, в этом нестабильном пространстве, находятся двое людей, которых он отправился искать.
– Вы уверены, что это реальные следы? – голос Хэйварда звучал отстранённо, но в нём чувствовалось напряжение.
– Они слишком свежие, – Винсент не отрывал взгляда от данных. – Если бы Иван и Лиана погибли, здесь не осталось бы такой чёткой активности. Либо они всё ещё где-то рядом, либо мы имеем дело с чем-то, что мешает нам их увидеть.