Они шагнули вперёд. Под ногами ощущалась твёрдая, надёжная поверхность, но не такая, как прежде – гравитация здесь была стабильной, но ощущалась немного иначе, словно её законы были скорректированы под новую среду. Воздух оседал густым слоем, тёплым и плотным, насыщенным чем-то неуловимым, едва заметным, но присутствующим в каждом вдохе.
Тишина наполнила пространство вокруг них, словно даже само время замерло, удерживая их между прошлым и настоящим, не позволяя сразу осознать новое место, в которое они попали.
Пространство вокруг них развернулось, исчезая, словно проекционное изображение, уступая место новому миру. В следующий миг они оказались на другой стороне.
Они шагнули вперёд, оставляя за спиной портал. В первое мгновение всё казалось зыбким, будто пространство ещё не успело окончательно принять их в свою структуру. Воздух здесь был плотнее, чем в Летари, оседал на коже сухим, почти стерильным слоем, в котором не чувствовалось ни привычной мягкости, ни органичного смешения запахов. Он был искусственным, выверенным, лишённым случайности.
Пространство вокруг них медленно обретало чёткость. Первое, что они увидели, – пограничный комплекс. Гигантская конструкция, лишённая каких-либо признаков эстетики, представляла собой гладкие металлические стены, которые вздымались к серому небу, словно крепостные бастионы. Здесь всё было подчинено контролю, функции, необходимости.
Тёмные арки выходов уходили вглубь мощного фасада, опутанного сетью голографических экранов, на которых вспыхивали информационные потоки: новости, статистика, обращения властей. Словно само здание дышало цифрами, анализом, расчётом.
Перед входом в зону таможенного контроля стояли офицеры в серой с чёрным униформе, вооружённые компактными, но явно смертоносными карабинами. Их лица оставались спокойными, но в глазах читалась настороженность, словно даже их присутствие здесь требовало предельной концентрации.
– Документы.
Голос был ровным, безэмоциональным, и всё же в нём ощущалась скрытая строгость, подчёркивающая, что здесь не задают лишних вопросов и не допускают ошибок.
Иван молча передал свой идентификационный чип, который им вручил ранее Керн. Лиана сделала то же самое.
Офицер провёл документы через голографический интерфейс, его взгляд пробежался по возникшим в воздухе данным. В следующий миг за их спинами раздался тихий электрический щелчок – невидимые системы активировались, фиксируя их присутствие в системе Орд-Нока.
Они стали частью механизма.
Перед ними разъехались контрольные ворота. За ними располагался проход с тремя сканирующими арками, встроенными в массивную металлическую конструкцию.
Офицер поднял голову.
– Проходите по одному.
Иван первым шагнул под своды первой арки. Сразу же пространство вокруг него заполнилось движением – сотни лазерных потоков скользнули вдоль его тела, анализируя, фиксируя, сверяя его физиологические показатели с базой данных.
В воздухе появилось голографическое изображение его лица. Оно тут же наложилось на сотни других снимков, стремительно сверяя параметры: угол наклона скул, форму глаз, толщину губ, особенности мимических мышц. В следующую секунду система считала ритм его сердца, сравнивая его частоту с характерными моделями стресса, а затем провела глубокий анализ сетчатки глаза, фиксируя малейшие отклонения.
– Следующий.
Голос прозвучал мгновенно, едва завершилось сканирование. Всё работало с безупречной точностью, не оставляя места для ошибок.
Лиана прошла вперёд. В момент сканирования её зрачки едва заметно расширились, но на лице не дрогнул ни один мускул.
Перед ними появились тонкие манипуляторы, гладкие, гибкие, словно искусственные нервные окончания системы. Они едва коснулись кожи, почти неощутимо, но этого было достаточно, чтобы считать с поверхности тела мельчайшие частицы эпителия.
– Проверка на следы биологического контакта с технологиями Летари.
В голосе офицера не было вопроса, это была констатация факта. Здесь не верили на слово.
Лиана посмотрела на Ивана – едва заметно, но в её взгляде читалось напряжение. Орд-Нок не просто контролировал их как личностей, он проверял, что они вынесли из Летари, какие следы на них оставил тот мир.
– Назовите цель визита.
Вопрос прозвучал резко, без подготовки, словно система намеренно выбивала их из равновесия, проверяя чистоту реакции.
– Дипломатический обмен, – ровно произнёс Иван, контролируя дыхание.
Голосовые сенсоры зафиксировали его тембр, частоту колебаний, глубину звука, сравнили с профилем, созданным ранее. В анализаторе мелькнули данные о скрытых эмоциональных реакциях.
Лиана произнесла тот же ответ, выдержав паузу на долю секунды дольше. Её задержали. Офицер поднял взгляд, скользнул по её лицу пристальным, цепким взглядом, затем перевёл его на данные в интерфейсе.
– Проблемы? – спросила она ровно, но в голосе не было вызова, только контролируемый интерес.
– Нет.
Щелчок. Разрешение на вход появилось на голографическом дисплее.