Доктор Уоллис медленно и почти бесшумно двинулся по коридору. По обе стороны коридора было по шесть аудиторий. Он вошел в первую слева. Дождь стучал в большие окна, выходившие на Херст-авеню. Его глаза уже привыкли к полумраку, но не могли проникнуть в густые тени в дальних углах. Только оказавшись в центре комнаты, он убедился, что она пуста. Он вернулся в коридор и вошел в первую комнату справа.
Тоже пусто.
Внутри возникло нехорошее чувство – неужели Брук его переиграла? Она уже снаружи, едет в полицию, готовая раскрыть тайну эксперимента, а он еще не успел связать концы с концами и придумать правдоподобную историю.
Сука! В его глазах заиграли красные искорки. Надо было не сюсюкаться, а прикончить ее, когда была возможность!
Он вернулся в коридор и вошел во вторую комнату слева. Оглушительный раскат грома сотряс небо, и, не вздрогни Уоллис инстинктивно, не поверни головы, он мог бы и не заметить, как Брук проскользнула в дверь за его спиной.
Рой быстро, но бесшумно поспешил за ней и подобрался к ней совсем близко, прежде чем она услышала или почувствовала его приближение.
Оглянувшись через плечо, она широко раскрыла глаза и издала пронзительный вопль. Она рванулась вперед, больше не боясь быть услышанной, но слишком поздно.
Правой рукой он схватил ее за блузку и заставил остановиться. Она крутнулась, взмахнула руками. Он обхватил ее. Она кричала, извивалась и брыкалась так яростно, что он едва мог ее удержать.
– Прекрати, Брук!
– Отпусти меня!
– Прекрати!
Он толкнул ее в сторону. Ударившись о цементную стену, она рухнула на колени. Возвышаясь над ней, он вцепился кулаками в ее блузку и поднял на ноги.
– Выбирай, Брук, – прорычал он, приблизив лицо к ее лицу. – Идешь со мной в подвал по-хорошему, либо я снова вышибу из тебя дух и оттащу туда за волосы. Что скажешь?
Гуру сидел в лаборатории сна на кровати Чеда, обхватив голову руками, и тут доктор Уоллис ввел в дверь Брук.
– Спасибо за помощь, приятель, – едко заметил Уоллис.
Гуру поднял глаза.
– Я ждал, профессор, когда вы вернетесь. Хотел сказать вам – так нельзя.
Он бросил мимолетный взгляд на Брук.
– Что нельзя? – спросил Уоллис.
Внезапно – и комично – из-под ремня в задней части брюк Гуру вытянул нож для резки мяса. Дрожащей рукой он выставил его перед собой.
– Это еще что такое? – изумился Уоллис.
– Не трогайте ее, профессор!
– Убери дурацкий нож.
– Отпустите ее!
Доктор Уоллис задумался, потом сказал:
– Ты совсем сбрендил, друг мой. Но у тебя есть выход.
Гуру нахмурился.
– Что вы имеете в виду?
– Убей ее этим ножом.
– Что?
– Она хочет рассказать о нас полиции…
– Я не…
– Заткнись, Брук! – Уоллис впился в нее взглядом, и она отвела глаза. Потом вернулся к Гуру: – Она хочет донести на нас в полицию. Повесить смерть Чеда и Шэрон на нас.
– Но мы ничего не сделали…
– Именно так, приятель. Мы ничего не сделали после смерти Шэрон. Продолжили эксперимент с Чедом. Полицейским это не сильно понравится. Но когда ты убьешь Брук, этой проблемы у нас не будет. Вернемся сюда завтра и найдем три тела.
– Три?
– Я тебе уже говорил. Эксперимент завершен. Мы отключили газ. Пошли праздновать. И вот – неожиданный поворот. Сюда приходит Брук, проследить за австралийцами, пока они отходят от газа. А они начинают вести себя странно. Она заходит посмотреть, они ее убивают, а потом лишают жизни себя. Это даже лучше, чем наш первоначальный план!
После этого заявления в лаборатории сна воцарилась многозначительная тишина. Потом Брук заплакала. Гуру неистово затряс головой.
– Нет, профессор, – возразил он, размахивая ножом. – Так нельзя! Нельзя!
– У нас нет выбора!
– Это убийство!
– Господи, Гуру, ты хочешь в тюрьму?
– Неужели это мне не снится? Как я вообще поддался на ваши уговоры?
– Я буду ее держать. Ты просто прижмешь подушку к ее лицу. И все будет кончено…
С другой стороны лаборатории сна донесся невнятный, леденящий кровь звук.
Чед сидел.
И смеялся.
Не веря своим глазам, доктор Рой Уоллис уставился на безликое страшилище.
Чед жив? Но это же невозможно, совершенно невозможно! Ведь он сам видел, как тот умирал! Как его мозговые волны превратились в ровную линию.
Но вот он, сидит.
И смеется.
Над ними?
Чед поднялся на ноги, но не как какая-нибудь гниющая нежить, а легко и грациозно, как подобало крепкому парню двадцати двух лет в прекрасной физической форме.
– Кто ты? – вопросил Уоллис, а реальность уже обволакивала его в горячей волне тающего света. – Кто ты?
– Я. Думаю. Ты. Знаешь.
Казалось, безгубый рот Чеда не движется, но медленная кашица слов явно исходила из этой ужасной дыры.
Доктор Уоллис отступил на шаг. Гуру и Брук, широко распахнув глаза, словно прилипли к полу в полнейшем шоке.
– Кто ты? – снова вопросил Уоллис, устыдившись неприкрытого страха в голосе.
– Я – это вы, – проскрипело существо, бывшее когда-то Чедом. – Самое глубокое, животное, что в вас есть… от чего вы прячетесь… в своих постелях. – Он уверенно шагнул вперед, хотя был слеп. – Я то, что вы усыпляете, заставляя молчать… каждую ночь. – Еще один шаг. – Я – это вы.
Тихо испуганно пискнув, Гуру опрометью бросился к двери.
