Отвечать Максу она не собиралась. Как бы ни хотелось ей верить и надеяться на то, что произошедшее просто ошибка и что между ними возможно что-то настоящее, идти на очередной самообман она больше не могла себе позволить. Неважно, поверит ей Макс или нет. Это никогда не изменит того факта, что он платил ей за секс, а значит, думал, что она способна на подобные отношения. Да и сегодняшняя встреча с Моникой совершенно очевидно показала, что к чему. У Макса нет и не будет к ней настоящих чувств. Он не был против интрижки, но это всё, что он может ей предложить. Так какой смысл вступать в напрасные беседы?
Макс ещё долго буравил её взглядом, но Лера его выдержала, давая понять, что разговор закончен.
– Я поеду первым, не забывай, что я тебе говорил, действуй плавно, не дёргайся и не спеши, – ответил он, странно усмехнулся, и больше никто из них не проронил ни слова.
Когда они добрались до места, веселье было в самом разгаре. Многие уже успели выпить, так что было очень шумно. Макс помог Лере спешиться, передал лошадей какому-то молодому человеку и, не дав опомниться, потащил к гостям.
– Многие будут возвращаться на машинах, ты тоже. Так лучше. Для первого раза, думаю, достаточно, – объяснил он и, кратко представив, оставил Леру на растерзание женской компании.
Но вопреки ожиданиям встретили её дружелюбно и душевно. Вообще-то, Лера была уверена, что Моника уже успела опорочить её в глазах окружающих, но тут её ждал сюрприз. Оказывается, блондинка сменила тактику и кружила вокруг соперницы, изображая из себя лучшую подругу. Она то и дело рассказывала различные подробности из жизни Леры, которые, видимо, почерпнула из рассказов Макса, но совсем не для того, чтобы поддержать «подругу». Эта гадина ловко и как бы невзначай переиначивала всё так, что Лера каждый раз оказывалась в роли глупенькой дурочки и проигрывала Монике по всем показателям.
Через некоторое время она уже даже начала присматривать местечко, куда бы спрятаться, но единственное дерево было занято мужчинами, которые так громогласно что-то обсуждали, что подходить к ним было просто-напросто опасно. А под навесом расположились лошади, к которым Лера не стала бы приближаться тем более.
Однако тут Моника совершила ошибку. Речь, видимо, зашла о больших приёмах, и она, мило улыбаясь, попыталась изложить свою версию свадьбы Макса и Леры. Но как она ни старалась, слушали её всё неохотнее. Дамы наперебой принялась задавать Лере вопросы, и в конце концов разговор свёлся к России, Санкт-Петербургу, истории и традициям. Вспомнили даже Лермонтова и Гёте с их горными вершинами. Лера никогда не бывала в центре внимания стольких людей и поначалу смущалась и нервничала, но одобрительные взгляды Макса, которые он всё чаще на неё бросал, и негодование Моники оказались куда сильнее природной скромности. Лера неожиданно для себя принялась в подробностях описывать развитие их с Максом отношений, романтическую свадьбу и даже зачем-то придумала несколько душевых историй, с триумфом глядя Монике в глаза. Это было глупо, по-детски, но она ничего не могла с собой поделать. За время знакомства с Максом она изменилась до неузнаваемости и уже почти свыклась с собственным безумием.
Потому, когда мужчины наконец решили, что с делами покончено, и вернулись за общий стол, Лера даже не стала возражать против того, что Макс уселся рядом и время от времени оказывал ей откровенные знаки внимания. То, что происходило между ними, она на время оставила. Сейчас её волновало лишь то, что своими словами и действиями она заставляла Монику покрываться алыми пятнами. Удивительно, но это её не только отвлекало, но и доставляло некоторое злорадное удовольствие. Тем более что после того, как Макс наклонился к жене и с довольной улыбкой нашёптывал нечто такое, отчего Лера опускала глаза и краснела, Моника с шумом швырнула приборы на стол и в ярости покинула собравшихся. На самом деле Макс всего лишь насмехался над придуманными Лерой историями, которые уже успели до него дойти, но блондинке это знать было необязательно.
Это был долгий и трудный день. Компания разошлась поздно, и очень многие, как и предсказал Макс, пожелали добираться обратно на машинах. Однако сам он, конечно, захотел вернуться тем же путём, что и прибыл, и, конечно же, компанию ему составила Моника.
