В кабине в этот момент экипаж всеми силами старался исправить положение. Однако все попытки выровнять машину или хотя бы посадить ее вертикально на шасси успеха не имели — двигатели отказали окончательно. Тем более что внизу сейчас расстилались бескрайние болота. Сажать «Ми-26» особо было и некуда.
— Да сделайте же что-нибудь! — Британец проклинал себя, губернатора и все на свете за то, что согласился пойти на этот шаг — отправиться сюда, в Россию. Какого черта — сидел бы там, на Лазурном берегу… — Не-ет! — заорал Дингли, видя стремительно приближающуюся землю.
В кабинете Владимира Коренева все было по-прежнему. Никаких изменений в интерьере не наблюдалось, а хозяин апартаментов, сидя в своем роскошном кресле, пялился в монитор. Раздавшийся звонок заставил его прервать свое увлекательное занятие и протянуть руку к телефону.
— Да, слушаю.
Информация, которую ему сообщал невидимый собеседник, явно относилась к разряду важных, однако никаких эмоций на лице Коренева не отражалось. Президент банка вообще был человеком сдержанным.
— Это точно? И где он разбился? О-очень хорошо, — произнес владелец кабинета, — а документы в несгораемом кейсе? Великолепно.
Закончив разговор, президент банка открыл атлас области. Полистав его, отыскал нужную страницу и уткнулся в координаты того места, о котором только что шла речь. Довольная улыбка поползла по его лицу, и он прищелкнул пальцами.
Затем Коренев снова взялся за телефон, набрав номер человека, явно хорошо знакомого ему.
— Ну, что, он уже упал, — говоря это, банкир не скрывал радости, — что — и слышали? Вот и отлично. Да, главное — это кейс. Ты же знаешь, как он выглядит! Все, действуйте.
Коренев улыбался, барабаня пальцами по столу. Уставившись в карту, он что-то прикидывал, сощурив глаза. Затем набрал чей-то номер:
— Да, уже упал. Группа на месте? Главное — кейс.
Закончив с разговорами, Коренев сильно, до хруста в костях, потянулся. Последние дни как-то совсем мало оставляли времени на его любимый теннис. Ну, ничего, все это мелочи по сравнению с теми успехами, которые достигнуты на фронте борьбы с Пересветовым.
Теперь все зависело от того, кто окажется оперативнее. Естественно, губернатор не дурак и предпримет все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы добыть документы. Но ведь и Коренев давно действует. Первая часть плана сработала, теперь дело за второй. Теперь, если удастся завладеть компроматом, Пересветову — конец.
По поводу возможно разбившегося контейнера Коренев не то что не испытывал каких-то угрызений совести — о такой мелочи он даже и не думал.
Банкир, подойдя к столу, надавил на кнопку звонка. Через несколько минут тяжелая дубовая дверь отворилась, и в проеме показалась секретарша.
— Чай, кофе, Владимир Иванович?
— Принеси-ка ты мне, Ира, коньячку, — сказал Коренев.
Вернувшаяся вскоре Ира прошла в кабинет, держа в руках поднос.
Настроение Коренева просило праздника, пускай и локального, в границах кабинета. Секретарша Ира работала на этом месте не так уж давно — месяца четыре, не больше, но за это время успела проявить себя с лучшей стороны. Предыдущая прекрасно справлялась со своими обязанностями, но оказалась девушкой со сложным и неуступчивым характером. Коренев терпел все это, пока в один прекрасный день чаша его терпения не была окончательно переполнена.
Случилось это, когда шеф в очередной раз попытался установить более теплые и доверительные отношения. Эта фурия вылила графин с водой ему на голову и наговорила такого, что Коренев не выдержал подобного, и Аллочка покинула свое место.
В отличие от нее, Ирина оказалась девушкой разумной и приятной во всех отношениях. Дополнительные премиальные и мелкие презенты еще больше способствовали взаимопониманию, установившемуся между ней и шефом.
Коренев не без удовольствия смотрел, как секретарша, грациозно изогнувшись, аккуратно расставляла перед ним на маленький столик содержимое подноса. На прозрачной стеклянной поверхности стола появилась пузатая бутылочка, нарезанный дольками лимон и несколько тарелочек с аппетитно выглядевшей закуской.
Придя на работу, Ира быстро усвоила правила игры. В офисе она появлялась, одетая так, что президент банка не всегда мог выдержать до конца рабочего дня, чтобы не уединиться с ней для решения кое-каких рабочих вопросов. Вот и сегодня не самая длинная юбка выгодно демонстрировала великолепные ноги Ирочки.
Коренев плотоядно разглядывал наклонившуюся девушку. Благодаря небрежно расстегнутой верхней пуговичке ворота блузки, фасон которой и без того предусматривал откровенный вырез, перед его взором бесстыдно и во всей красе предстали чудесной формы груди.
— Ну что же ты, желаешь, чтобы я выпивал в одиночестве? — ухмыльнувшись, заявил Владимир. — Нет, так дело не пойдет. Поставь вторую рюмку и прибор для себя.
Улыбнувшись, она взглянула на него, исчезла за дверью, но вскоре вернулась, неся рюмку и обернутые салфеткой нож с вилкой.
