Про себя Иван уже решил, что ни за какие коврижки не станет меняться с ним ролями.
— Слушай! — осенило его вдруг. — А давай я пока Александру к себе возьму. Ну, на время войны.
— Бери, мне сейчас не до неё.
Иван облизнул губы. И тут, в этот многообещающий момент, случилось второе страшное событие. Сзади послышался дикий, нечеловеческий вопль, отчего Колян чертыхнулся, чрезмерно, резко крутанул руль и тот опять выскочил из гнезда. Машина потеряла управление.
— А-а-а! Помогите-е! — заледенило всем души.
— Мама? — проснулась Надежда.
Справа от машины был глубокий кювет, слева по встречной полосе нёсся огромный автофургон.
— Всё! — выпалил Иван и от страха смог даже открыть, наконец, заклинившую дверь. — Это конец! Эта стерва опять ожила! Я пропал!
— Спасайся, кто может! — заорал Александр и первым выпрыгнул из неуправляемого автомобиля.
Иван последовал за ним. О том, что в салоне остались беспомощные женщины, успел подумать только трезвый Колян. Он выгнулся кошкой, умудрился перелезть назад, схватил их в охапку и выкинул следом за мужьями.
Грузовик сигналил беспрерывно, видимо, водитель, понимая всю сложность своего положения, от ужаса не придумал ничего лучше, чем просто таращить глаза и давить на клаксон.
Колян выпрыгнул на дорогу, когда между несущимися лоб в лоб машинами оставалось всего ничего.
— По-мо-ги-те-е! — в последний раз раздался крик очнувшейся Степаниды Егоровны.
Мерседес угодил грузовику прямо в радиатор и моментально превратился в лепёшку. Взрыв потряс все окрестности. Фургон развернуло на девяносто градусов, он опрокинулся и по инерции проехал еще несколько метров. Водитель, скорее всего, тоже погиб. Хотя, может быть и выжил, кто его знает?
Друзья оказались раскиданными на протяжении почти двухсот метров и молча лежали в кювете, приходя в сознание со скоростью, зависящей от состояния здоровья, способа падения и ландшафта места приземления.
Больше всех не повезло Ивану. После песчаной полосы, куда скатился Александр, начался строительный участок с кучами гравия. Хотя, конечно, по сравнению с участью Степаниды Егоровны, он ещё легко отделался. Прогремевший на пустынной автостраде взрыв окончательно лишил Надежду похонить мать по человечески.
— Коля-ан!
Александр сел на траву, кое-где пробивавшую себе дорогу сквозь песок и со стоном зажал голову руками.
— Колян-ан! — проорал он еще раз. — Колян, твою мать! Эй, есть кто живой? Что ж за день такой, а? Лучше, наверное, сразу застрелиться! Колян!
Иван по пластунски полз к своему предводителю. Надежда с Александрой вообще не пострадали, слившись воедино на куче песка. Они тесно прижались друг к другу и, дрожа от страха, зачарованно смотрели на зарево, огромным факелом освещающее небеса.
Александр встал на ноги и, пошатываясь, побрел вперед. Не заметив ползущего к нему Ивана, он прошёл мимо.
— Санёк! — пуская пену изо рта, прохрипел тот.
Бандит даже не взглянул на него.
— Где Колян? — спросил он.
— Не знаю, — Иван развернулся и пополз назад.
— Бабы, Коляна не видели?
— Видели, — ответила Александра.
— Где?
— Как где? В машине. Он нас еще в дверь выбросил.
— А потом?
— А потом мы упали.
— Да я не про вас спрашиваю! Про Коляна.
— А дальше мы ничего не видели.
Александр сплюнул и пошел к пожарищу.
Колян очень удачно спрыгнул на дорогу, но дорога не любит неосторожных. Вместо того, чтобы бежать без оглядки, тот просто стоял и смотрел, как фургон на бешеной скорости летит прямо на него.
Впрочем, бежать то ему было уже некуда.
Александр увидел только голову. Всё остальное… Остального уже не было.
— Не, надо ехать грехи снимать, — пробормотал он. — Как же мне всё это надоело.
Накатила ночь. Самая обыкновенная летняя ночь, со звездами, откусанной луной и прохладной свежестью. Космическое пространство выглядело примерно так же, как и тысячу лет назад и не обещало ничего нового, по крайней мере, еще столько же. Возможно, там действительно спрятался высший разум, с отвращением наблюдавший за жизнью на земле.
А на земле было неспокойно. Наверное наши предки, независимо от теорий возникновения, будь то обезьянья, или(что еще смешнее)божественная, на заре человечества вели ночной образ жизни, поскольку именно ночью начинались самые чудесные вещи.
Небольшое придорожное кафе, с гордым названием "На обочине" гостеприимно распахнуло свою дверку автолюбителям и автопрофессионалам. Однако, не все сегодня добрались сюда на колесах.
