— И у вас уже готов план действий, сеньор инженер? — В голосе Луиша-Бернарду сквозила легкая ирония, которую его собеседник не заметил.
— Установим время, когда они должны оттуда выйти, и…
— А если они не выйдут? Тогда вы предложите атаковать мастерскую?
Наконец, управляющий понял, что их с губернатором планы относительно того, как разрешить ситуацию, мягко говоря, не совпадают. Выражение его лица и голос тут же изменились:
— Я подумал, что если в назначенный им срок они не покинут барак, мы заставим их это сделать, забросав все внутреннее помещение горящими факелами.
— И что потом?
— Потом? — Тон инженера Леополду продолжал меняться по ходу разговора. — Потом они или выйдут и сложат свои катаны и ножи, или, если они совсем выжили из ума, бросятся на нас. И тогда уже у них не будет никаких шансов против наших восьми десятков ружей.
— Да, пожалуй, что так, сеньор инженер: шансов и вправду никаких, — задумчиво ответил Луиш-Бернарду. — А сколько человек вы хотите убить, сеньор инженер?
— Я не хочу убивать никого, сеньор губернатор. Но если у нас не будет выбора, тогда — столько, сколько будет необходимо, чтобы покончить с восстанием. Мы уже и так слишком долго терпим все это!
— Очень любопытно, сеньор инженер: на всех вырубках, где я побывал, управляющие жалуются мне на нехватку рабочей силы. А вы, судя по всему, руководствуясь необходимостью, вовсе не прочь определенную ее часть взять и ликвидировать!
Инженер Леополду отступил назад, будто получил удар кулаком в грудь. Лицо его пылало гневом, а также отчаянием и ненавистью, которые копились в нем все последние дни, с огромным трудом удерживаясь внутри. Будучи уже не в состоянии сопротивляться, дабы не вывалить наружу все разрывавшие его грудь чувства, он довольно резким тоном перебил собеседника:
— А у вас, сеньор губернатор, есть план получше?
Луиш-Бернарду посмотрел на него с откровенным пренебрежением:
— Да, у меня имеется другой план, который, наверное, вам не очень понравится. Или вы думаете, я прибыл сюда, чтобы объединить свои и ваши силы и устроить здесь бесконтрольную бойню против этих заперевшихся в бараке несчастных? А ну-ка посмотрите на меня хорошенько: я, по-вашему, похож на убийцу?
Инженер ничего не ответил, продолжая вскипать молчаливой яростью.
— План мой предельно прост: подвести черту под тем, что произошло, наказать виновных с обеих сторон и покончить с бунтом, без дополнительного кровопролития. И знайте: войска находятся здесь на службе у государства, представляемого мной, а не вами и вашими кровожадными намерениями, которые вы прикрываете смехотворной военной стратегией.
— А кто же тогда отомстит за смерть Феррейры Дуарте и Силвы? Я сам видел, как эти скоты порубили их на куски своими катанами. Вы этого не видели, поэтому и не знаете, что здесь было. И что еще будет, если мы не отомстим за их смерть.
— За эти смерти отомстит правосудие. Право суда, а не ваше собственное.
— Ваши речи, сеньор губернатор, — инженер почти выплевывал слова изо рта, — слишком красивы и годятся лишь для лиссабонских салонов. А здесь Африка, и дерьмовый этот остров — сущий ад, куда уважающий себя сеньор ни за что не поедет, разве только, если его не заставят непредвиденные обстоятельства!
Луиш-Бернарду, посчитав что беседа уже не заслуживает его дальнейшего внимания, резко повернулся к собеседнику спиной и обратился к вице-губернатору:
— Мне хотелось бы услышать вашу оценку случившихся событий: как вы считаете, что здесь все-таки произошло?
— Ну, я полагаю, что главное сеньору губернатору уже известно: позавчера во время утреннего построения рабочие отказались выйти на смену.
— А почему они отказались?
— Этого я не знаю, меня там не было.
— И вы не позаботились о том, чтобы узнать? Вам кажется возможным, что рабочие отказались выйти на смену без какой-либо на то причины?
Прежде, чем Антониу Виейра смог ответить, к разговору снова подключился управляющий:
— Говорю вам, причину они сами назвали. Они хотели, чтобы отстранили от работы надсмотрщика и его помощника Силву. Этих двоих они впоследствии убили. Еще они хотели, чтобы был уволен другой надсмотрщик, Энкарнасан.
— И все это — на каком основании?
Настал черед заместителя попечителя Жузе ду-Нашсименту вмешаться в разговор: присутствие его до сих пор игнорировалось как инженером, так и вице-губернатором:
— На том основании, что те над ними издевались. Били плетьми, лишали воды и пищи.
— Это правда, сеньор Антониу Виейра?
— Не знаю.
— Не знаете? Никогда об этом не слышали? И не знакомы с условиями труда на этих плантациях?
— Знаком, но никогда ничего подобного не слышал.
— А разве сеньор попечитель не извещал вас, еще несколько недель назад, о соответствующих жалобах среди работников плантаций, о царившей тут в связи с этим взрывоопасной атмосфере?
— Да, сказать по правде, он говорил, но информация эта не имела подтверждения.
Антониу Виейра замолчал. Он смотрел перед собой, несколько отвлеченно, будто бы все это его не касалось.
