– Илона, – присоединилась девочка.
Старик слегка поклонился и сделал небольшой шажок вперед.
– Я сожалею, что не могу пожать ваши руки. Не хотел бы казаться негостеприимным, но нам придется остаться разделенными этим стеклом. Можно сколько угодно пытаться очистить вас снаружи, но все мы отлично понимаем, что каждый из вас просто сборище вирусов и микробов. Собственно говоря, если убрать воду, то больше ничего и не останется – небольшая симбиотическая группа клеток, фагов, микробов и прочих крохотулек, пытающихся выжить в сложном симбиозе. Только вот большая часть из них для меня окажется смертельна. Времени прошло всего ничего, а вид так сильно изменился, что и выжить-то рядом с вами будет тяжело.
Дрей не знал, что сказать. Речь была долгая, но вроде бы не подразумевала дискуссию на тему видовой изменчивости.
– Впрочем, прошу меня извинить. Вот теперь я действительно стал невежлив. Вы наверняка устали. В той части комплекса есть что-то наподобие расширенного карантина. Там можно жить, имеются несколько спальных комнат. Есть еда, пусть и не очень хорошая, но я не рискнул бы давать вам пробовать свежие овощи из моих теплиц. Сами знаете, хоть вы и новый совершенный вид – все равно нельзя есть все, что попало. Проходите, отдохните, мы сможем с вами пообщаться после.
Дрей тоже шагнул вперед, остановившись в полуметре от стекла.
– За нами гонятся.
– Я знаю. Но сюда им не добраться.
– Вы не представляете, как они хотят нас нагнать.
Старик чуть приподнял трость и нажал на кнопку. В тишину подземелья ворвался шум из радиоэфира:
«– Где группа „Бета“?
– „Бета“ отошла. Сидят в каком-то доме, их рвет непрерывно. Они там поднялись на крышу одного заводика, а там видать всплеском радиации их накрыло. Едва отползли. Вы осторожней, зона неравномерна, где-то сильнее фонит, где-то слабее.
– Кто идет по следу?
– „Каппа“ была. И „Зетта“ чуть правее идет. Только след потерялся.
– Это „Дельта“. Слушайте, похоже они как-то забрались в бункер, за дверь. Тут какая-то надпись есть, не прочесть…»
Старик вновь нажал на кнопку, и все замолчало.
– Я вывел на ваш пульт управления возможность послушать, что происходит наверху. Так что отдыхайте. За этой увлекательной погоней я слежу давно и могу вас заверить, что сюда вашим преследователям не добраться. Это просто невозможно с их средствами.
– У Лира есть «Паранджа», – вступила в разговор девочка.
– И что сделают эти дроны против дверей, рассчитанных на атомную войну? Не волнуйтесь. По крайней мере, у вас есть немного времени, чтобы отдохнуть. А потом расскажете мне, какие сильные у вас противники. Я очень люблю слушать истории из первых уст. Тем более что такая роскошь дозволительна мне нечасто.
Дрей кивнул. В любом случае, прямо сейчас он мало что мог сделать для того, чтобы сдержать натиск преследователей. Ничего такого, что было бы эффективней радиации и стальных перегородок.
Поэтому он повернулся и пошел по дополнительному коридору, вход в который обнаружился неподалеку от стеклянной стены.
Они дошли до места, о котором говорил старик. Это сложно было назвать комнатой отдыха. Дрей еще раз поразился размаху, с каким строили до Заката. Если в домах жили, то этот бункер строили даже не для того, чтобы жить, а только чтобы укрыться от опасности.
Но даже здесь, в зоне карантина, рядами стояли двухъярусные кровати. Изолятор мог легко вместить под сотню человек. Дрей предположил, что эта комната не единственная, разные группы, прибывшие в разное время, должны были помещать в разные места, иначе потерялся бы смысл изоляции.
Каким же должно было быть само убежище, если только в чистилище перед ним было столько места.
Помещение было достаточно большое, но освещалось лишь тусклым светом аварийной системы. Хотя в конце коридора между нарами, на столе стояла лампа, которая горела в полную силу.
Вряд ли старик зажег ее случайно, поэтому Дрей уверенно пошел в сторону стола, по дороге осматривая пустые койки. Если когда-то здесь и было массовое паломничество, то сейчас от него не осталось и следа. Либо здесь все очень хорошо вычистили, либо этим карантином так никогда и не воспользовались в полную силу.
На столе стояли несколько коробок с концентратами, явно недавно размороженными. Дрей знал эту пищу. Более того, он ее ненавидел. Эти концентраты были его вечными спутниками. Простые, питательные, с практически неограниченным сроком хранения. И безвкусные. Нет, не так – лучше бы они были безвкусными, потому что этот привкус бананов настолько опостылел доставщику, что даже когда ему предлагали настоящие бананы, он, по возможности, воротил нос.
Тем не менее экзо знал, что этим сложно отравиться. Поэтому вскрыл одну из коробок, взял одну галету себе, еще одну передал девочке.
Помимо коробок с едой и упакованной банки с водой на столе стояла только рация. Вернее, приемник, вместо антенны у которого был провод, подсоединенный, по всей видимости, к антеннам на поверхности.
– Послушаем? – задал Дрей риторический вопрос и крутанул ручку громкости.
«– Группа „Тильда“?
