– Сегодня у вас безальтернативка. Даже если не возьметесь сами, мне придется воспользоваться своим правом приказа. Хорошо, что я его сэкономил для этого случая. Так вот, тут у меня в городе дела совсем туго. Людей перестало хватать катастрофически. Нападения на магазины чуть не каждый день. Нам уже пришлось на треть сократить количество точек. В общем, мобилизуем все резервы.
– И что? – поторопил его Оператор.
– У вашего взвода охраны сегодня смена. Так вот, смена не приедет. Люди мне нужны в других местах. А у вас хотя бы «независимость» есть. Как-нибудь справитесь.
– Не вопрос, – равнодушно пожал плечами Оператор. – Все равно они здесь больше жирок нагуливали. Без них даже проще. Так что за дело сегодня?
– Вот и хорошо. Тогда как-то там позаботьтесь о дежурстве, караулах и прочем. Не надо надеяться только на машины.
– Кстати о людях. У нас за это время двое ушло в резерв. Когда пополнение?
Петр Семенович замялся. Потом все же сказал:
– Не будет пополнения. Учебку накрыли. Всю. Почти без выживших. Так что его смена была последней.
Он показывал на меня, в очередной раз демонстрируя, что прекрасно меня помнит.
– Как? – не выдержал я. – Что случилось-то?
Костя. Я-то думал, что он остается продолжать службу в тепле и довольстве, с минимумом опасностей. Будет потихоньку гонять салаг и попивать светлое пиво темными вечерами. Может, даже вспоминать меня.
Теперь мне придется вспоминать его. Прибавить к родителям.
– Просто, – коротко ответил Петр Семенович. – До опупения просто. Поставили три миномета в нескольких километрах от базы. Настроили на автоматическую стрельбу. Новейшие дроны с подзарядкой, автоматической коррекцией точности стрельбы, даже с беспилотным самолетом-наводчиком. И все. Их сумели заткнуть лишь через сорок минут, и то повезло, что армейский патруль мимо проезжал. Никто почти не выжил, и те по больницам все.
– Нашли ублюдков? – спросил Оператор.
– А кого искать? Работала только автоматика. Смотрим, данные мы сняли, что смогли, но по тому, что удалось опознать, – полный ноль. Этой ДНК не нашли ни в нашей базе, ни у «Генной логики». Про полицию я вообще молчу. Опять кто-то из сектантов.
– А друг у меня там, Костей зовут, на сержанта остался, – вклинился я в разговор.
– Выжило шесть человек. Ни одного Кости. Извини.
– Когда отстроите новую базу? – спросил Оператор.
– Не знаю. Пока ни рук, ни времени не хватает. Точно до лета об этом даже разговора не идет. Может, тогда как-то напряжемся. Не сейчас.
– И что нам теперь делать? Неполным-то составом? – Оператор встал и начал ходить по штабу. Чувствовалось, что эта новость, о которой ему сообщили мимоходом, взволновала его больше всех предыдущих.
– А что делать? То же, что и всегда. Задание будете слушать?
– Давайте, – кивнул Оператор. – И вы знаете тогда что? Присылайте нам перспективных прямо сюда. Может, кого и сумеем натаскать хотя бы немного. Неполная часть – это совсем тяжко.
– Посмотрю, что можно сделать, – буркнул Петр Семенович, – но вы сильно не надейтесь. Тут сейчас такой бардак в городе. Народу совсем мало осталось. А по поселкам собирать добровольцев накладно, да и не идут из поселков ни к нам, ни в армию, ни к «Логикам». Народ обособленно стал жить. И очень не любит лишних перемещений.
– Ну и правильно, – кивнул Оператор. – Да, будем слушать.
– Помнишь Ультра-Механиков? – без перехода начал эсбешник.
– Да, – подтвердил командир. – Что, наконец нашли лидера?
– Лучше, – сказал Петр Семенович, – все звезды сошлись в одном месте. Похоже, что не только лидер нарисовался на их базе. Но также есть сведения, что именно у них осели «гнилушки». Финальные покупатели, так сказать.
– Вероятность? – тут же уточнил Оператор.
– Да считай, что сто процентов. Есть документальные подтверждения и агентурные сведения.
– Кто агент?
– Забудь, – усмехнулся Петр Семенович. – Когда это агентами начали разбрасываться? Так берешься или приказывать?
– Беремся, да. Лидер вам, надеюсь, живым не нужен? Или глупости типа этого?
– Нет, – качнул головой безопасник. – Ни он не нужен, ни бланки. Можете все уничтожать, только убедитесь, что это именно то, за чем вы идете.
– Хорошо, сбрасывайте данные. Вылетаем через час. И, Петр Семенович… По моему вопросу что-нибудь двигается?
– Я помню, – хмуро ответил эсбэшник. – Есть подвижки. Думаю, когда вернетесь с этого задания, что-нибудь смогу тебе предложить.
Петр Семенович взял у себя со стола стакан с водой и сделал глоток. Поморщился.
– Да что это такое! То ли я заболеваю, то ли меня тут отравить чем-то пытаются. Почему вода так горчит?
Петр Семенович посмотрел куда-то поверх экрана. Хотел что-то сказать, но потом его взгляд вернулся в камеру:
– Ладно, действуйте. Доложите по возвращении.
Оператор кивнул, прерывая связь.
– Тянет, как видишь. И не поймешь, то ли нарочно, то ли просто не знает, как подступиться. Так что глаза на затылок. И если что… ты знаешь, что к чему.
– Ладно.
– Странно это. Он мне напомнил. Сегодня с утра зубы чистил. Мне тоже показалось, что вода горчит. Подумал, правда, что паста испортилась. Это что, массовое отравление?
– Ты же жив-здоров?
