Роман от мэтра российской фантастики, продолжает цикл «Космопроходцы». Патриотизм, научные концепции и доблестные герои.Дарислав Волков руководит очередной экспедицией, но теперь эскор «Салют» отправляется в Замок Драконов, выращенный земными птерозаврами в глубинах тёмной Вселенной. Всеволод Шапиро, физик из «соседней» метавселенной Мультиверса, изучает Тьмир и работает над теорией антивселенной, но перед ним стоит ещё одна, тайная задача. Портал приводит Волкова, Шапиро и их спутниц в странное место, где оружие и боевые машины не производят, а выращивают из своеобразных «спор». Смогут ли они вернуться назад? Сумеют ли справиться с драконами, внезапно вышедшими из анабиоза? Холодный разум Тьмира задумал очистить нашу Вселенную от «грязи и мусора» других цивилизаций. Но земляне способны решить любую проблему, угрожающую их Родине.
© Головачёв В.В., текст, 2023
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023
Стволы берёз буквально светились белизной в этом прекрасном большом лесу, птицы пели о счастье, над цветущими полянами летали бабочки, дышалось легко, и в душе рождались умиротворение и покой, недостижимые в реальной жизни.
Подумав об этом, Всеволод очнулся, хотя и продолжал медленно брести по берёзовому колку, полному земляники, вдыхая потрясающие лесные ароматы и тишину, свойственную только бескрайнему русскому лесу. Захотелось с кем-нибудь поделиться радостным настроением.
Он покосился на корзинку в руке, наполовину полную ягодами, улыбнулся, присел над краем поляны, собираясь продолжать сбор, и в это время мягкая ладошка нежно погладила его по щеке.
Пейзаж перед глазами исчез, вызвав секундное сожаление.
Всеволод открыл глаза и увидел склонившееся над ним лицо Вии Аматуни. Женщина улыбнулась, он улыбнулся в ответ, сильнее прижал рукой её ладошку к своей щеке.
– Верни меня обратно, я ещё не набрал земляники.
– Эту твою землянику не попробуешь.
– Почему? Программа включает вкусовые ощущения.
– Всё равно это иллюзия, а я предпочитаю абсолютную реальность вплоть до твоей небритости.
Он потрогал щёку: на третий день жизни в Замке Драконов он перестал бриться и начал отращивать усы.
– Я реален.
– В отличие от твоей земляники, – фыркнула она.
Речь в данном случае зашла о программе «виртузик» – генераторе снов, игр и виртуальных состояний, который оставили паре вернувшиеся домой на Землю спутники Всеволода и Вии. Физик пользовался «виртузиком» нечасто, Вия вообще не включала, как-то проворчав неодобрительно, что они остались в таком удивительном мире, который и не снился разработчикам игрового контента.
Они и в самом деле стали обитателями древнего сооружения, принадлежащего расе драконов смерти, первой разумной цивилизации Земли, существовавшей ещё во времена земного мезозоя. Эти существа, развязавшие глобальную всегалактическую войну шестьдесят миллионов лет назад, сумели добраться и до Ланиакеи – мегаскопления галактик, располагавшегося в трёх с половиной миллиардах световых лет от Солнечной системы, где построили портал в Тьмир, то есть в мир тёмной материи, и проникли в этот удивительный мир с «белым космосом», где оставили замок, свидетельство своих достижений. Здесь и расположились со всеми удобствами двое землян: Всеволод Шапиро и Вия Аматуни. Он – ради изучения Тьмира и создания «теории антивселенной» (существовала ещё одна задача, о которой знал только сам Шапиро), она – ради него самого, внезапно признавшись в любви к физику из «соседней» метавселенной Мультиверса, которого захватил с собой при возвращении в «родную» Вселенную Копун, он же – Вестник Апокалипсиса, искусственный интеллект невообразимой мощи, призванный служить создателям в качестве Мёртвой Руки при нападении на них других галактических жителей, но так и оставшийся не у дел.
Улетая в мир «нормального» пространства, Копун пообещал навестить Всеволода, что подогревало надежду Вии вернуться домой с любимым человеком. Впрочем, обещали посетить Замок Драконов и Дарислав Волков с Дианой Забавной. А чтобы оставшиеся не скучали, они оставили не только свои витейры[1], но и аппаратуру для игр и снов.
– Вставай, лежебока, – сказала Вия, ласково потянув Всеволода за ухо. – Завтрак готов.
Он схватил её за руку, притянул к себе, начал целовать, но женщина вырвалась с притворной сердитостью.
– Не начинай с утра то, что лучше воспринимается вечером.
– Для меня вечер начинается тогда, когда я тебя хочу, – запротестовал Всеволод.
– Тогда ты никогда не встанешь! – фыркнула Вия, вскакивая с кровати. – Фантоцци!
Всеволод расплылся в плотоядной ухмылке.
За все свои семьдесят лет он редко испытывал такую страсть, какая вдруг с появлением Вии заставила его пересматривать жизненные принципы. Не то чтобы он раньше чурался женщин или не хотел жить с ними семейной жизнью, но образ бытия физика, исследователя мультиверсных миров, просто не давал ему свободы и времени на изменение состояния. А когда время вдруг появилось, он с удивлением обнаружил, что контакты с женщинами, ну, или по крайней мере с одной из них, могут быть такими разными и необыкновенно желанными. И это ощущение перевесило и безудержный интерес к вселенским конструкциям, и тягу к постоянным размышлениям о смысле жизни. Конечно, он мог бы последовать мировой моде на «искусственный пол», то есть оставить себе прекрасно сконструированную секс-куклу, неотличимую от живой женщины. Нынче так делали семьдесят процентов мужчин Европы и сорок процентов американцев. Но Всеволод был, что называется, натуралом и чурался старо-новых веяний в массе народов Земли, дошедших до прямого уродства.
