Обнаружив фрегат в ста километрах от прежнего места, эскадра снова открыла огонь, и снова «Великолепный» ушёл от залпа в стохастическом режиме, избежав попаданий странных молний, рвущих «на куски» не только крупные материальные объекты, но и атомы, и элементарные частицы.
– Предупреждение в эфир! На всех диапазонах! – рассвирепел Шмелёв. – Прекратите огонь! Мы пришли с миром! В противном случае будете уничтожены!
– А если они не поймут? – нерешительно произнёс Шустов.
– Тем хуже для них! Да и всё они прекрасно понимают! В Пузыре проверено! Другое дело, имеется ли у них программа мирного контакта!
– Минуту! – быстро проговорила Диана. – Позвольте высказаться.
– Покороче, Дианочка.
– Ясно, что Дарислав… э-э, что «Салют» нырнул в Колобок. Значит, и нам нужно идти за эскором, а не отвлекаться на войну с пограничниками Властителей.
– Но Дарислав не сообщил способа пройти в Колобок. Я читал присланный им доклад. В нём сообщалось, что Колобок окружён букетом «абсолютных зеркал».
– Я тоже читала доклад, где говорится, что существуют «четырёхмерные складки» пространства, через которые можно пройти в портал. Как мы знаем, эскор проник внутрь портала. Я хорошо знаю Дарислава, он наверняка оставил письмо либо сохранил закладку Копуна, хранившую способ прохода в Колобок.
– Нас всё время атакуют…
– Чтобы перестали атаковать, пошлите в эфир моё личное заявление. Твердыня, запиши.
– Выполняю, – ответил кванк.
– Я, Диана Забавная, житель Земли, прошу персональной связи с вашим руководством, с теми, кто имеет право решать, для обсуждения возникшей проблемы! В наших руках судьбы вашей коллаборации, контролирующей скопление галактик под названием Ланиакея. Контакт возможен как вербальный, так и ментальный. Предлагаю свой мозг в качестве ментальной площадки. Уверена, что вы знаете о существовании земной цивилизации и способны понять, чего я хочу. Позвольте нам отыскать наших земляков, случайно попавших в ловушку портала, размещённого в центре кольца из двенадцати бозонных звёзд. После этого предлагаю осуществить полноценные переговоры с нашими руководителями, также имеющими право решать сложные проблемы. Жду ответа!
В отсеках фрегата установилась тишина.
– Вы уверены, что Властители вас услышат? – тихо спросил Шустов.
– Уверена, что услышат и хотя бы задумаются. Они меня знают.
– Откуда? – живо поинтересовался Ахмет Свирский, не участвовавший в рейде «Великолепного» к Пузырю.
– Диана была во время сражения с посланцами тартарианцев, – пояснил Шмелёв. – Считаю послание вполне адекватным ситуации.
– Хотелось бы кое-что уточнить…
– Секунду, манёвр! – прервал Свирского Твердыня.
Сознание Дианы оборвалось: «Великолепный» прыгнул, спасаясь от новой атаки. Оружия, подобного «нульхлопу», сворачивающему пространство мгновенно, у пограничных заградителей, к счастью, не было, а «электрические» молнии преодолевали расстояния со скоростью света, поэтому компьютер фрегата успевал сойти с вектора удара. Вышел фрегат, как оказалось, у границы атмосферы одной из планет системы Властителей.
Сознание вернулось ко всем.
– Вот вам и обоснование вызова, – сказал Шмелёв. – Твердыня, отсылай сообщение!
Компьютер запустил в космос колечко бакена, и тот, удалившись от корабля на тысячу километров (чтобы фрегат не попал под ответный залп), послал в пространство заявление Дианы, используя все возможные диапазоны связи, в том числе лазерный и «струнный».
Диана автоматически начала считать секунды, но опомнилась:
– Твердыня, ищи маячок!
– Уже нашёл, – заявил компьютер. – Он под нами.
– Под нами? – удивился Шустов.
– Мы находимся над стратосферой «грибопланеты», – сухо сказал Дроздов. – На одном из её островов Копун оставил закладку.
– Надо же! – восхитился полковник Дубовик. – Прямо как в известной шутке – рояль в кустах. Повезло так повезло!
– И в самом деле, совпадение заставляет задуматься, – сказал Шмелёв с улыбкой. – Такое впечатление, что наши встречи и манёвры были кем-то просчитаны.
– Кем? – скептически спросил Булковски.
– Во-первых, Копуном. Во-вторых, теми, кто контролирует всю Вселенную.
– Ланиакейцы?
– Им до всей Вселенной далеко. Давайте спросим.
– Подождите, – пробормотала она, – пусть сначала ответят на моё послание. Твердыня, повторяй передачу непрерывно.
Однако прошла минута, другая, третья, эскадра тартарианских пограничных заградителей не отвечала, но и не стреляла, устроив в пространстве медленную карусель.
– Советуются? – проворчал Савкин.
– А чего мы, собственно, ждём? – спросил Дроздов. – Пока они думают, предлагаю снять маячок Копуна.
– Вынужден уточнить, это не закладка Копуна, – заметил компьютер. – Сигнал сопровождается высвечиванием непонятного символа.
– Покажи, – попросил Шустов.
– Смотрите и слушайте.
В боковом окошке виома возник пульсирующий красный треугольничек, при увеличении оказавшийся изображением светящегося сердечка. Одновременно под сводами рубки послышался трёхтональный сигнал, напоминающий аккорд верхней октавы аккордеона.
– Да, это закладка не Копуна, – усмехнулся Шустов, – а вашего Дарислава. Романтик он, однако.
