– Конечно, следовало сразу же ударить его рукояткой револьвера по затылку. Но мне, признаться, показалось нечестным поступать так с калекой… и, как выяснилось, напрасно. Этот калека силен, как ягуар, даром, что у него нет одной руки. Он боднул меня головой в подбородок, потом каким-то чудом вывернулся из захвата и хлестнул по глазам чем-то вроде тонкого ремня. От неожиданности я выпустил его, и он тут же метнулся к двери. Я ничего не видел - дьявольская плеть обожгла глаза, - поэтому выстрелил наугад. На шум прибежал сеньор Стеллецкий, потом к нам присоединился бедняга Пабло… кстати, как он?
– Выкарабкается, - благодушно прогудел фон Корф. - Эти метисы поразительно живучи…
В гостиной повисла неловкая тишина.
– Благодарю, - в голосе Гутьерреса зазвенел металл. - Вообще-то, господин барон, в моих жилах тоже течет индейская кровь.
– Я говорил как естествоиспытатель и врач…
– Прошу вас, сеньор Гутьеррес, продолжайте! - взмолилась Лаура.
– Втроем мы оттеснили мерзавца на галерею. Там в дело вмешался храбрый сеньор Анненков, и Однорукий понял, что ему не уйти. Тогда он решил прорваться в винный погреб, где загодя оставил заряд динамита.
– Но откуда же он взял динамит? - скептически ухмыльнулся фон Корф. - Если я правильно вас понял, это был какой-то индейский знахарь, шаман. Допустим, айяуаску в вино он подмешать мог, но динамит?
– Из лагеря североамериканских геологов, - подал голос Ланселот Стиллуотер. - Бунтовщики выкрали там пять ящиков с динамитом. Большая часть ушла на то, чтобы взорвать мост, через который мы доставляли хлопок в Трухильо, но небольшой заряд Однорукий, видимо, сумел пронести в поместье.
Гутьеррес развел руками.
– Возможно, он хотел всего лишь завалить за собою старый подземный ход, но не сумел правильно рассчитать длину запала. Злодей погиб при взрыве, однако украденный им кристалл, к счастью, уцелел. Таким образом, сеньорита, у этой истории, как видите, счастливый конец.
– Очень трогательно, - шепнул Анненков Стиллуотеру. - Но мне почему-то кажется, что эта история далеко не закончена.
– Что вы хотите этим сказать, Юрий Всеволодович? - вполголоса осведомился англичанин. - Думаете, у Руми могли остаться сообщники?
Капитан огляделся по сторонам.
– Давайте отойдем, Ланселот.
Их тактического отступления никто не заметил - собравшиеся в гостиной были слишком увлечены рассказом Гутьерреса.
– У меня есть одно железное правило, Ланселот, - сказал капитан Анненков. - Пока я не увидел труп врага, я считаю его живым.
– Вы полагаете, что Однорукий все подстроил? Но зачем тогда было оставлять кристалл?
Анненков внимательно посмотрел на англичанина.
– Вообще-то я предполагал, что вам известно о существовании копии кристалла, изготовленной столичным ювелиром Лазарсоном. Копия эта хранилась у донны Марии и исчезла приблизительно в то же время, что и само сокровище.
Стиллуотер крякнул.
– Меня трудно удивить, но вам это удалось. Я был уверен, что все секреты поместья мне хорошо известны…
– Не все, - жестко перебил его капитан. - Впрочем, я надеюсь, что до окончания расследования вы ни с кем не станете делиться этой информацией.
– Подобное предупреждение излишне, - голос Стиллуотера похолодел. - Значит, вы думаете, Гутьеррес обнаружил копию?
– Уверен. И очень сомневаюсь, что Однорукий погиб при взрыве. Готов держать пари: когда слуги разберут завал, ничего, кроме пончо, под ним не обнаружится.
– Но черт возьми! Почему же тогда мы бездействуем?
– Торопиться уже нет смысла. Руми добился своей цели: после взрыва вы отозвали людей, патрулировавших границы поместья, и он мог беспрепятственно покинуть пределы «Холодной горы». Гутьеррес считает, что Однорукий ошибся с длиной запала, а по мне так наоборот - он рассчитал все превосходно. Обрушившийся свод лишил нас возможности последовать за ним, а Руми, подкинув нам фальшивку, спокойно выбрался из-под земли в парке и ушел вместе с настоящим кристаллом.
Стиллуотер пощипал ус.
– Я слыхал, что русские все фаталисты, но не предполагал, что до такой степени.
– Фатализм здесь ни при чем. Я просто не сразу до этого додумался: удар дубовой дверью по лбу не слишком способствует интеллектуальной деятельности. А теперь наша единственная надежда - что Однорукий не станет уходить далеко, пока не дождется…
В дверях гостиной показалась внушительная фигура фон Корфа, и Анненков замолчал.
– Плетете интриги? - ухмыльнулся барон. - Когда Англия и Россия объединяются, Германии следует насторожиться!
– Ох уж мне этот тевтонский юмор, - процедил сквозь зубы Стиллуотер, когда фон Корф величественно проплыл мимо них и скрылся за углом. - Признаюсь, этот толстяк действует мне на нервы. Исключительно неприятный тип! Между прочим, кристалл пропал в ту ночь, когда он появился в поместье.
– В тот день сюда приехало много гостей, - заметил Анненков. - И я в том числе. Я понимаю, на что вы намекаете, Ланселот, у Руми, скорее всего, действительно был сообщник. Однако далеко не факт, что это наш толстый немецкий друг.
– Вы кого-то подозреваете? - деловито осведомился Стиллуотер. - Есть конкретные соображения?
