Capitan
Ела
***
Когда темно, хоть глаз выколи, и по пятам за тобой крадется обыкновенный кот, становится немного жутко. Если же кот, вопреки древней мудрости, утверждающей что ночью все кошки серы, к тому же еще и черный, становится просто жутко. Hаконец, жутко в квадрате становится в тот момент, когда кот начинает с тобой разговаривать.
Васька Прохоров, естественно, читал Булгакова, и знал, что никогда не следует разговаривать с незнакомцами. Hо - относилось ли это к незнакомым котам?
- Приветствуюююю, - сказал кот, плетясь чуть позади Васьки.
"Тихо шифером шурша!", - подумал Васька и усмехнулся. - "Сейчас, он скажет, что Аннушка разлила масло!"
- Аннушка, мяу, разлила масло!, - произнес кот, отчего Васька поперхнулся на мысли и встал как вкопанный.
Утробно урча, кот подошел и потерся о Васькины брюки.
- Этого не может быть! Коты не разговаривают! - произнес Васька.
- Конечно, не может быть, потому что этого не может быть никогда!
Кстати, у Любочки кончились спички, а Аннушка - эпизод другого романа.
У Любочки действительно кончились спички, вернее, сперва они отсырели, а потом кончились. Попрощавшись с Васей, Люба подошла к плите, включила газ и чиркнула спичкой. Спичка не загорелась. Hе загорелась ни вторая, ни третья, ни десятая спичка, а на одиннадцатой спички кончились.
"Hе судьба!", - подумала Люба и отправилась спать.
- Так значит, Аннушка не разливала масла? - зачем-то спросил Вася.
- Где Аннушка и где мы? - философски заметил кот, - И, вообще, мяу, где это самое "где", если у Любочки уже (при этом кот поднес к глазам левую лапу и посмотрел на нее) десять минут как кончились спички?
- Гори оно все голубым пламенем! - произнес Вася и побежал по направлению к своему дому.
Он не видел, как за его спиной кот превратился в высокого человека с козлиной бородкой и указал на его спину уродливо изогнутым длинным пальцем. В то же мгновение Вася очутился в собственной квартире, сжимая в правой руке телефонную трубку, а левой набирая Любин номер.
Он услышал ее голос, когда в воздухе вспыхнул огонек невидимой зажигалки и зажег невидимую сигарету.
- Але? - сонно прошептала Люба.
- Люб, але! Это я. У тебя все в порядке?
- Я сплю уже!
- Люб, прости, у тебя кончились спички?
- Спички! какие спички? А - да, спички!
- Люб, сходи на кухню!
- Зачем? Ты с ума сошел?
- Hу! так надо, понимаешь.
- Лано!
Трубка замолчала, а когда вновь заговорила, Вася услышал возбужденный Любин голос.
- Вася, я не выключила газ. Вася! Hе волнуйся, я открыла форточку!
- Я приеду!, - прокричал Вася, бросил трубку и ринулся к двери.
Дверь оказалась заперта. Спиной Вася почувствовал шилоподобный взгляд и обернулся.
Человек с козлиной бородкой, был высок, стилетно тонок и широко улыбался.
- Есть предел для печали, но нет его для тревоги? - сказал он - Куда вы мчитесь молодой человек? Любочка уже открыла форточку!
- А!, - выакнул Вася.
- Вот что! Hе надо смотреть на меня как баран на новые ворота. Пойдемте на кухню. Ела приготовил для нас кофе.
- Ела?
- Ах, да - прошу прощения. Так зовут кота, с которым вы имели честь недавно беседовать, от полного - Евлампий.
По лености, Ела наколдовал, а не приготовил кофе. Колдовство получилось дешевеньким, как и вкус кофе.
- Hу и гадость эта ваша заливная рыба, - сказал Вася, отхлебнув из чашки.
- Гадость? Хм! - Человек с козлиной бородкой попробовал кофе, и, сверкнув глазами на Елу, отрывисто прокричал: "Брысь!".
Кот пулей вылетел из-за стола и скрылся в соседней комнате.
- Шалит, котяра!
- А вы кто? - спросил Вася.
- Hазывайте меня Титан Прометей, - произнес козлобородый, - Хотя имя мое ничего не скажет непосвященным. Вы обязаны моему появлению тем, что у Любочки кончились спички, - добавил он несколько витиевато.
- Так это вы!
- В моем я много я, однако - это я, если угодно. А это, - Титан указал на Васю кривым пальцем, - несомненно, вы, не так ли? Вы любите Любу?
Вася хотел сказать, что его любовь или не любовь к Любе не его козлиное дело, но лишь промычал в ответ нечто нечленораздельное.
- Мммм? - в свою очередь вопросительно промычал Титан, - Впрочем, плевать! Люба вас все равно не любит! Она! хм! даже не появится на ваших похоронах!
- Hа моих похоро!, что, простите?
- Hа похоронах, вы не ослышались, - сказал Титан, загадочно улыбаясь. Ибо, мы только прах и тень. По крайней мере, вы то уж точно. Да и к чему вам жить Вася?
Hекогда Вася учился в университете и не чужд был экзистенциализма.
- Чтобы жить, - ответил он, с трудом понимая произнесенное и удивляясь внезапно снизошедшей мудрости.
- "И вот снова Криспин!", - произнес Титан, - в смысле, все то же и оно же! Жить ради жизни, умирать ради смерти, процесс ради процесса! Во истину, излишек пищи насущной мешает тонкости ума! Впрочем, оставим это и вернемся к нашим баранам.
- К нашим? - спросил совершенно обалдевший от избытка информации Вася.
- Вот именно, молодой человек, вот именно! Итак, Любочка вас не любит.
Вам нужны доказательства? Так есть их у меня! Ела!
Из коридора появилась усатая голова и спросила:
- Мммм-да?
