Запад есть Запад. Восток есть Восток. Между ними всегда обрывНо может быть мост. И этот мост зовётся action naiveКогда Рашид перебрался в Москву, он думал, что там лафаЧто там всюду ходят доступные скво. И вместо скинов – антифаНо кругом сновал люд со своими котомками. Страшный железный вокзалНависал над Рашидом чёрным китом, громадный, как Тадж-МахалВсе туземцы, как паззл, расставляли рамс. Все их скво бухали абсентИ Рашид приуныл бы, но вдруг в этот час его не заметил ментА вернее, заметил. Но рассудил: что взять с тупого хача?..И вертел дубинкою, крокодил, со сноровкою циркачаИ он двинулся дальше ловить людей, у которых есть, что ловить,Но Рашида не остановил злодей. И значит Рашид будет житьИ с тех пор его жизнь сверкала. И не была на нулеДвадцать четыре балла по двенадцатибалльной шкалеИ довольный, что спас свою жизнь от мента, Рашид снизошёл в метроВниз, где люминесцентная пустота превращает цифры в зероТам гремел эскалатор, там шёл состав, принося мириады бедИ Рашид упал на скамейку, устав. Рядом сидел скинхедЕго звали Вованом, но он предпочёл имя Вольфганг – оно вернейНевесомость в мозгах. На руках наколки. Так принято у парнейВольфганг ждал на скамейке свою подругу. Та любила слушать «Rammstein»Но он вырвал её из неверного круга, включив ей «Sham 69»И с тех пор его жизнь сверкала. И не была на нулеДвадцать четыре балла по двенадцатибалльной шкалеА тем временем Маша наводила глянец, бормоча про себя: «Да ну…Затянулся и так мой любовный танец. Не поеду на стрелку к скину.Притомили свастики, прочие фишки. Не могу больше видеть скинов!»И она потянулась к записной книжке. Ей попался Андрей Смирнов– Как дела, Андрей? Не виделись долго… 7 часов? «Парк культуры»? О’кей!Мы пойдём в пивбар. Ты возьмёшь пиво «Волга». И мы будем глазеть хоккей.Скин смотрел на часы, потихоньку зверея, проклиная и всё, и всяА Смирнов погружался в волны хоккея. И молча набухивался(итак)Вольфганг думал: «Ещё раз увижу Машу, обломаю рога… Коза»И тут он видит ровесника (может, чуть старше), что дремлет, прикрыв глазаИ он сразу понял, что весь mein kampf надо срочно сдавать в архивИбо выше всех принципов есть тот кайф, что зовётся action naiveОн хлопнул Рашида по плечу: «Эй, чучмек, пойдём делать дела!»И кассирша вокзала, снега бледней, деньги им отдала.И потом кто-то видел их в Маракайбо, в ресторане «Отеля-Палас»…А Смирнов всю жизнь орал «шайбу-шайбу». А Маша вообще спилась.И с тех пор наша жизнь сверкала. И не была на нулеДвадцать четыре балла по двенадцатибалльной шкалеЗапад есть Запад. Восток есть Восток. Между ними всегда обрывНо может быть мост. И этот мост зовётся action naive.<2009>
