Чёрный сентябрь. Оборвавшийся маятникЛадно, на наших руинах взойдут городаПомнишь, вчера, на последнем экзаменеТы не сумел объяснить, что такое мечтаБрось свой глоток запрещённого воздухаВ жертву напалмовым ежеминутным дождямДевочка в Парке Культуры и ОтдыхаКупит кулёк леденцов и пошлёт всё к чертямСам себе стрелок, сам себе мишень,Я иду. Куда? Даже думать леньЯ иду вперёд по земной кореА в моём дворе, а в моём двореРАЗГОРАЕТСЯ МОЙ ПОЖАР – АРКАНАРСлёзы не иволги, слёзы кукушкиныТы их сумей различить, распознать, оценитьПанки сойдутся на площади ПушкинаБудут глядеть на витрины и «Балтику» питьДвое сопьются, а трое повесятся,А остальных по местам распихает родняВолки не воют на блеск полумесяцаЦой, Сукачёв, Достоевский – какая попсня!Сам себе стрелок, сам себе мишеньЯ иду. Куда? Даже думать леньЯ иду вперёд на краю огняА вокруг меня, а вокруг меняРАЗГОРАЕТСЯ МОЙ ПОЖАР – АРКАНАРНовый millenium, ну его к лешемуДети прокуренных комнат вдыхают туманПрошлого – нет, и луна ошалевшаяСонно ползёт ко мне, как недобитый душманФары авто, как контактные линзыВ их жёлтом свете понятно, чей будет черёдЧёрный сентябрь. Оборвавшийся маятникЧто там на наших руинах взойдёт, не взойдёт?Сам себе стрелок, сам себе мишеньЯ иду. Куда? Даже думать леньЯ иду вперёд по коре земнойА передо мной, а передо мнойРАЗГОРАЕТСЯ МОЙ ПОЖАР – АРКАНАР.<1997–1998><p>Армия Мэри Шелли</p>Если мгла за краем постелиЕсли в небе разрывы шрапнелиЕсли в зеркале не отраженье твоё,А создание Мэри Шелли,Что гуляет уже векамиИ в кино, и на телеэкранеНичего, не грусти, Мэри Уолстонкрафт…Ностальгия в моём стаканеО, Мэри Шелли,Придумай нам армиюАрмию монстров, детей Франкенштейна,Что оставит весь мир в руинахИ тогда уже будем плясатьНа твоих именинахЕсли в небе рвёт когти солнцеЕсли руки сжимают кольцаНе как символ надежды, не как талисман,А чтоб выбросить их в оконцеИ у бритв симпатия к венамВспышка поздней любви к сиренам,Что поют для нас, истекающих кровью,Не подверженной переменамЕсли снова поднята темаЕсли Ромул прикончил РемаИ ты скрылся от самого себяНавсегда в глубинах МальмстремаМежду нами дождь серой тканьюНе прорваться ни сойкой, ни ланьюВместо Вечного Воскресения здесьБудет Вечное Напоминанье.<1997–2000><p>«Безболезненна тварь, что не чувствует радость…»</p>
