Она не знала, мог ли он помочь. При этом попросить о помощи кого-то ещё она не могла. В последнее время крепость пустовала… больше обычного. Если раньше девушка хотя бы иногда видела мелькавших Нефели, Ди, Рожера, постоянно захаживавшего к Фие, Диалосса, в конце концов, их предводителя Гидеона Офнира, то сейчас…
Сейчас даже вечно сидевшая в своей комнате затворница-спутница мёртвых исчезла!
Родерика не могла обратиться даже к старым служанкам: они были слишком заняты тем, что чесали довольные Два Пальца, не обращая ни на что больше внимания!
В отчаянии светловолосая девушка исследовала всю крепость, умудрившись найти запертую проекцию какого-то жуткого существа, впрочем, не осмелившись с ним заговорить.
Дошло до того, что она даже попыталась заговорить с Альбериком, а это, между прочим, злой дух[225], скрывающийся на нижних этажах крепости!
В последнее время у Родерики возникали мысли на время покинуть крепость и отправиться на поиски… хоть кого-то, но девушка боялась оставлять старика.
Что-то шептало ей, что он не успокоится, пока не закончит работу.
Родерика, видя состояние кузнеца, вздохнула, направившись на выход.
«Я подожду ещё немного», — решила девушка.
Насколько она понимала, у мастера были не все необходимые кузнечные камни. Скорее всего это понимал и Константин. А это значило, что он навестит их и это, вполне возможно, произойдёт довольно скоро.
Если же он не придёт, то, конечно, тогда у неё не останется выбора и она отправится на поиски помощи: слишком многим она была обязана мастеру Хью.
И всё же…
Где все? Никому не нужно было усилить духов? Она могла сделать скидку! Она же не просто так искала призвание?!
Родерика едва не всхлипнула, впервые почувствовав, каково это — иметь проблемы с поиском работы по специальности.
Паника. Мелина совсем не ожидала, что испытает панику уже после сражения, когда её избранник переступит порог стен столицы.
Изначально Лейнделл был местом, в котором она хотела расстаться с мужчиной, но эти мысли были давно позади. Теперь она думала совсем о другом.
Слишком погрузившись в ностальгию, рассматривая некогда величественную столицу, по которой она, будучи ребёнком, множество раз гуляла, девушка слишком поздно осознала, что Погасший что-то искал.
Искал упорно, обыскивая весь Лейнделл. Поднимался на возвышенности, исследовал величественный труп закаменевшего древнего дракона[226], создал несколько проекций, отправившихся в разные точки города.
Было совсем неудивительно, что в какой-то момент он вышел на правильный след.
След, ведущий в давно заброшенные катакомбы.
Лейнделл был древним городом. Одной Богине Марике было ведомо, сколько древних сооружений было возведено под ним. Во времена расцвета Стражи серьёзно следили за тем, чтобы никто не мог попасть в опасные для простого люда места, но больше уже некому было следить за порядком, да и не для кого.
Большая часть печатей развеялась, иллюзии потеряли былую мощь, про стражей и говорить нечего.
Стоило Мелине осознать, куда направлялся мужчина, любые попытки избегать общения исчезли на корню.
Конечно, они
То, куда пошёл мужчина, перечёркивало любые попытки…
Мелина поджала губы.
…порядочно, как любой уверенной в себе молодой спектральной девушке неизвестного возраста, подуться.
— Ты знаешь, куда направляешься, Константин?
Голос Мелины не дрогнул, оставшись спокойным, но Костя всё равно услышал в голосе вайфу плохо скрываемый страх.
Мужчина скептично покосился на девушку, заставив ту сжаться. Слишком уж выразительный был взгляд у Погасшего.
— Я доверяю тебе, но хаос…
— …
Мелина, уничтожив Константина взглядом, совсем не ожидала, что он возьмёт приём на вооружение и теперь сам на неё
…то есть, ещё глубже…
— Прости…
Она не привыкла кого-то слушаться. Прислушиваться — да. Но не слушаться. Беспрекословное подчинение и вера в кого-то, кроме Богини и собственной матери, казались ей чуждыми.
Пусть и всеми забытая, не имеющая титула полубогини, она всё ещё была одной из первых дочерей королевы.
И всё же, чем дальше всё заходило — тем больше Мелина чувствовала, что над её собственной волей нависла другая воля. Наверное, можно было подумать, что эта воля её подавляла, но…
Она скорее не давала ей сброситься с обрыва, что, впрочем, сути не меняло.
— Я до последнего был уверен, что это просто игровая условность, — нахмурился мужчина, разглядывая гигантские двери.