…или он мог так восхититься видами, что сейчас просто гулял по некогда величественной столице?
…может быть и так, что сестра самостоятельно куда-то его повела, возможно, сразу в Храм…
Перед глазами полубога возникла непривычно эмоциональная Мелина, при упоминании церемонии стеснительно отводящая взгляд.
Нет-нет, невозможно!..
— Предательница…
Морготт от бессилия зарычал, откидывая столь безумную идею, не считая свою сестру настолько сумасшедшей, впрочем, всё больше горя желанием отправить на поиски безумца очередную проекцию. Но это было слишком опасно: создание проекций отбирало часть его сил.
Он и так ослаб, ещё в самом начале пути Константина отдав ему часть своей силы, и совсем не горел желанием вот так становиться ещё слабее.
Полубог понимал, что у него, скорее всего, и так не было ни единого шанса, будь он хоть на пике своих возможностей, и всё же…
Верное матери вопреки всему дитя было слишком гордым, чтобы так просто сдаваться, как-то поддаваться или пытаться пойти на дополнительные уловки. Их было уже достаточно.
По крайней мере, он хочет увидеть перед смертью отчаянное выражение лица Погасшего, когда тот осознает, что не сможет попасть к Богине. Для этого нужно было как можно больше силы, пусть это будут хоть капли.
Король Знамений в предвкушении прикрыл глаза.
О, как же он хотел увидеть это!
Даже со всей его силой — та печать была не тем, что мог преодолеть хоть и до абсурда могущественный, но всё ещё простой смертный.
Морготт отказывался видеть в еретике кого-то другого, пусть тот будет хоть проекцией другого Внешнего Бога воплоти. Простой Погасший, возжелавший сесть на трон, им и останется. Другого не дано.
Ведь даже он, самое верное дитя Богини, прошедшее всевозможные испытания, сохранив свою верность и честь, был недостоин.
Полубог раздражённо перевёл взгляд на Древо, упёршись взглядом в непроходимую печать.
Полубог не знал, сколько он прождал. Те немногие, кто ещё сохранял в себе разум, давно потеряли возможность нормально ориентироваться во времени.
Но, к счастью, в какой-то момент он дождался: проекция отца.
Она была уничтожена[230].
Созданная некогда призрачная версия их короля, имитация, обладающая пусть и незначительной, но частью силы Годфри, избавляла Морготта от необходимости постоянно следить за Древом. Сейчас же…
Тень отца стала, как бы абсурдно это ни звучало, лишь сигнализацией.
И всё же, Морготт почувствовал небывалое воодушевление: наконец-то. Наконец-то безумец пришёл.
Поднимаясь по лестнице, Погасший не спешил.
Словно делая это десятки раз, он вальяжно, лениво, до раздражающего привычно, словно зашёл к себе домой, забрался в самое сердце столицы, неспешно направившись к расставленным тронам, наивно считая, что и ему, жалкому Погасшему, было уготовлено здесь место.
Глупец так и не отринул свои глупые амбиции!
Рядом с мужчиной, словно настоящая верная служанка, следующая за своим Погасшим в каждую точку Междуземья, появилась Мелина, вызвав у полубога ещё более сильный приступ гнева.
Морготт мысленно фыркнул, настраиваясь на нужный лад. Когда Погасший подошёл достаточно близко, полубог медленно пошёл к выходу, драматично заговорив:
— Константин из Погасших. Что привело тебя к этим тронам?
К счастью, мерзкий Погасший не стал портить отрепетированную сцену, сохранив невозмутимое молчание.
По крайней мере, он умел держать рот на замке!
— А-а… — осмотрел троны Морготт, позволив себе в очередной раз погрузиться в воспоминания. — Годрик Золотой. Чудо-близнецы, Микелла и Маления. Генерал Радан. Претор Рикард. Лунная принцесса Ренни. Коварные предатели, все до единого…
Сколько раз он это повторил, мысленно и вслух? Много, очень много раз. И готов был повторить ещё столько же. В отличие от них, мать фактически отказалась от него сразу после рождения. Но он не бросил её. Остальные же…
— Мародёры, жаждущие отомстить Древу Эрд. Грабители, подгоняемые пламенем тщеславия. И да начертают на твоей могиле, Константин из Погасших: убийца — король Морготт! — распалился полубог, закричав. — Последний из королей!
Трость в его руке треснула, обратившись мечом, переполненным силой одного из самых могущественных полубогов.
Константин, дождавшись окончания своеобразной катсцены, глубоко поклонился полубогу.
— Прости, что задержался. Пришлось потратить немного времени на то, чтобы найти одни катакомбы…
Настроившийся на поединок полубог едва не поскользнулся.
— Что?!
Мелина, видя сбившийся настрой брата, покачала головой.
— Прошу, опусти оружие, брат. Ты знаешь, что не победишь.
— Глупость! — рыкнул Морготт. — Какой король снимет корону перед…