— Вынужден согласиться, госпожа Леда, — улыбнулся Ансбах, переведя взгляд на лестницу.
Они чувствовали отголоски какой-то странной, неземной силы. Милосердный должен быть прямо здесь, едва ли не у них под носом. Сам Микелла должен был знать, где находился охотящийся на него Погасший.
Почему же в таком случае он не воспользовался усталостью своего врага? Даже если предположить, что сам Великодушный был ослаблен…
Всё ещё был Радан, ставший сильнее, чем когда-либо ещё.
Ансбах помрачнел, зная, ценой чего это было достигнуто.
«Они о чём-то успели договориться?» — возникло предположение у рыцаря.
Учитывая пугающую многозадачность и мобильность фальшивого Погасшего, как нельзя лучше демонстрирующие то, на что было способно существо, приблизившееся к божественному титулу, можно легко предположить, что Погасший мог оказаться у Врат намного быстрее Великодушного.
Из этого факта можно было сделать довольно… противоречивые выводы.
Старик вздохнул.
Госпожа Леда и впрямь была права — Погасший был безумен. В своём стремлении к сражениям он готов был пойти на очень и очень многое, даже если это значило создать себе дополнительные проблемы.
Нет, не так. Безумец не считал предстоящее сражение проблемой. Скорее…
Наградой?
Ансбах будет молиться за то, чтобы будущий король, если его безумие сейчас не приведёт к судьбе хуже смерти, окажется достаточно благоразумным, чтобы держать свои желания при себе.
— Настоящий воин может позволить себе отдохнуть в любой ситуации! — выразила немного другое мнение касательно состояния Погасшего Фрейя.
Дейн произнёс какой-то непередаваемый звук, кажется, согласившись.
— Маринованная печень… Принёс…
Мур достал из мешочка означенную печень, положив перед спящим Костей. Вместе же с тем…
Он начал под удивлённые взгляды остальных снимать доспех, положив его перед Погасшим.
Мур оглядел остальных, после чего важно протянул:
— Аренда…
Особо понятнее не стало, но вопросов никто задавать не стал.
«Ему стоило поберечь себя», — вздохнула Мелина, присев рядом с Костей.
За Мелиной последовала Ренни, обхватив мужчину призрачными руками, а за ней Селлена, спрятавшись среди одежды Погасшего.
Никто не торопил Константина. Не пытался его разбудить. Как и не осмеливался подняться по лестнице к вратам. Им оставалось лишь ждать, периодически чувствуя, как у самых врат происходило нечто удивительное и вместе с тем пугающее.
В какой-то момент по пространству прошла волна энергии, сопровождаемая едва заметной, практически невидимой золотистой дымкой. Странная, едва уловимая энергия, впрочем, заставившая ощутить всех нечто похожее на…
Радость и теплоту?
Константин неожиданно открыл глаза, поднявшись. Девушки уже хотели было задать вопрос, но…
Одежда исчезла с невозмутимого мужчины. Он подошёл к оставленному Муром доспеху, отправив его в одному ему понятное место, после чего доспех оказался на нём.
Мужчина уже думал было невозмутимо пойти на битву, но вместо этого удивлённо опустил голову, понимая, что…
Доспех оказался ему маловат.
— …
— …
— …
Костя, чувствуя, что от одного случайного движения доспех мог разлететься на части, вновь переоделся, почувствовав себя полным идиотом.
Осознание того, что несколько потоков сознания не помогли ему осознать такой простой факт, только сильнее его задело.
Одна лишь прокачка характеристик не могла вот так быстро исправить вообще
— Let Me Tank Him[307] не взлетел даже здесь, — с горечью констатировал мужчина, весь аж сгорбившись.
Возможно, такова была судьба.
— Аренда… отменяется? — пробормотал Мур столь печально, что могло показаться, будто он сейчас умрёт.
Лицо Кости сморщилось ещё больше.
— Нет, всё хорошо, большое спасибо, Мур.
Леда презрительно фыркнула.
Стоило заметить, он выглядел намного более бодрым, чем раньше. Глаза вновь сияли столь же ярко, появилась какая-то странная… бодрость.
И это было неудивительно.
Ведь его, наконец, дожидалось долгожданное сражение.
Золотистый туман, накрывший практически весь Энир-Илим, раздражал Радана.
Нет, немного не так.
Сейчас одного из сильнейших полубогов до безумия раздражало практически всё. Его унизительное положение, его брошенный скакун, брат, собственная слабость…
Он никогда не чувствовал столько силы раньше. Чтобы Микелла ни сделал — он стал сильнее, намного. Но при этом это был первый раз, когда полубог чувствовал такую слабость.
Даже нахождение в унизительном положении безмозглого пожирателя трупов не могло сравниться с нынешней ситуацией.
Оставалось всего одно существо, мирившее Радана с унижением. Тот, кто смог подарить ему освобождение, что закончилось лишь более страшным заключением. Тот, кто, имея возможность остановить его брата, наоборот дал ему шанс выполнить задуманное, лишь бы сразиться с более сильным противником.
Ненормальный, пробудивший в Радане давно забытый азарт.
Константин медленно поднялся по лестнице, направившись к вратам, возле которых уже стоял полубог, защищавший брата.
Два суровых мужчины, воплощающих собой невозмутимую брутальность, встали друг напротив друга. Костя, выдержав недолгую паузу, поклонился.