Годрик почувствовал, как кровавый клинок пронзил его. Жалкий полубог встретился взглядом со спокойным Погасшим. Взгляд серых глаз поглощал его, отправляя в самые глубины безумия.
Он увидел миллионы перекатов и ещё больше парирований… Слишком много перекатов, слишком много парирований, слишком много
Невозможно.
«Это не человек», — промелькнула ужасная мысль в голове Годрика.
Кого нашла Мелина под видом Погасшего?!
И пусть сам Годрик не знал ответа, Константин, услышь вопрос полубога, непременно ответил бы:
Того, кто объединял в себе их лучшие и худшие стороны.
Страх вернулся к Сторукому с новой силой. Его сердце забилось быстро-быстро, никчёмного полубога кинуло в озноб. Погасший вытащил из него меч, позволив полубогу отскочить.
Годрик схватился за живот. Кровь не собиралась останавливаться. Пусть такая рана всё ещё не могла убить никчёмного, но полубога, такими темпами исход битвы был очевиден.
Нет. Он был очевиден с самого начала.
Годрик, видя, что Погасший не спешит вновь на него нападать, со страхом уставился на тело мёртвого дракона.
Ему срочно нужна была помощь, даже если это стоило бы ему жизни.
— Ах, величайший из драконов. Даруй мне свою силу… Прародители, все и каждый… Великий король Годфри… Будьте свидетелями!
Полубог, терпя боль, неожиданно взмахом топора отрезал себе руку, погрузив её в тушу дракона. На месте его руки оказалась голова рептилии, буквально впившись в него.
«Что он сделал с собой, никчёмный трус…» — отвернулась Мелина в отвращении.
Он не просто предал Золотой Порядок. Он его опозорил. Это не то, что можно было смыть кровью, даже если Золотой Порядок вновь будет однажды восстановлен. Навеки Годрик Сторукий останется трусом, предателем и ничтожеством, недостойным титула полубога.
Голова дракона неожиданно ожила, открыв глаза, начав мерзко шевелиться на теле полубога, пытаясь выбраться. Годрик поднял голову, из которой начало сочиться драконье пламя. Оно сжигало и отравляло его, предзнаменуя скорую кончину, но Годрик пока не понимал этого. Не хотел понимать.
Нефели, понимая, что сейчас будет, захотела остановить благородного Погасшего, сказать ему спрятаться, пойти в укрытие, но тот, только увидев, как Годрик поднял руку, сорвался вперёд.
Пламя вырвалось из пасти, погружая всё на своём пути в огненное безумие. К несчастью для полубога, Константин, точно зная, что произойдёт, успел прорваться к нему быстрее, чем огонь достиг его, в последний момент сделав
— Ха…
Глаза Годрика начали закатываться. Погасший, решив прекратить эти безумные игры, вновь пронзил его клинком, но на этот раз ещё глубже, ещё дальше.
На этот раз он пронзил его сердце.
Голова дракона упала. Никчёмный полубог, осознавая, сколь жалко проиграл, поднял взгляд на небо.
Возможно, если бы он вновь упал на колени, то Погасший бы его пощадил? Возможно, ему вновь стоило довериться своим чувствам и забыть про гордость? Впрочем, было уже слишком поздно об этом думать.
— Я — владыка всего золотого… И однажды мы вместе вернёмся… В наш дом, омываемый золотыми лучами…
Благодать начала стремительно покидать его тело, переходя к законному победителю. Всё то, что принадлежало ему по праву крови и то, что он украл у остальных.
Вместе же с благодатью из него начала выходить руна. Великая руна, давшая ему иллюзорное чувство могущества, которое было отнято…
Было отнято полуголым Погасшим, делавшим перекаты.
Почему именно этот никому неизвестный безумец?..
«Перекаты… Настоящее искусство…»
Это была его последняя мысль прежде, чем сознание окончательно покинуло его. Пусть смерть была относительной и, вполне возможно, в каком-то виде он однажды вернётся вновь, Годрика Сторукого больше не было.
И никогда не будет.
Костя какое-то время смотрел на поверженного противника, чувствуя, как внутри него появилось нечто нематериальное, безумно могущественное, несущее в себе концепцию самого мира, после чего, убрав меч и щит, поднял руки к небу.
Воительница, покорно наблюдавшая на протяжении всего поединка за Погасшим, против воли и сама подняла руки к солнцу.
В следующий момент мужчина закричал, восславляя солнце, а за ним закричала и Нефели.
Всё это время незримо наблюдавшая за своим Погасшим Мелина и сама не заметила, как подняла руки к солнцу.
Кажется, она начинала этим проникаться.
Первый полубог, Годрик Сторукий, пал, и совсем скоро об этом узнает всё Междуземье.
Рожер успел трижды проклясть себя за то, что согласился на сделку с новеньким. Замок был воистину огромным, исследовать его было не так просто.
Особенно много трудностей доставили катакомбы Замка, заставившие чародея вспомнить, почему проникновение в Замок Громовой Завесы — не лучшая идея, если ты не могущественный воин или чародей, умеющий прятаться там, где спрятаться невозможно.
Либо в принципе не нуждающийся в том, чтобы где-то прятаться, как один безумец.