Эледра полностью

– В наших рядах я отношусь к летописцам и таких, как я, рассылают в разные царства, чтобы мы собирали их историю, но ты… За твою историю я готов заплатить.

– И все? Тебе нужна лишь история моей жизни?

– Вся. От первого воспоминания до последнего. Взамен я могу научить тебя большему нежели простой блок сознания.

– Сколько ты знаешь об атлусах?

Он немного помедлил, взвешивая свой ответ.

– Достаточно. Мы знаем некоторые основы зарождения их народа, истории. Но все это материал невообразимой давности.

– Если расскажешь мне все, что знаешь о атлусах и магии, я расскажу тебе все, что ты хочешь знать.

Знания за знания. Договор вполне в духе Алхимиков.

Он достал из плаща лист бумаги и кольнув кожу кончиком ножичка для открытия писем из-за пояса, оставил отпечаток, а потом передал мне.

– Это договор. Мы обещаем говорить друг другу правду и только правду. Полученные знания мы никогда не будем использовать друг против друга.

– Что будет если я его нарушу, – вчитываясь в текст, написанный чернилами, подстраивающимися под твой язык, спросила я.

– Умрешь.

– Ну да. Логично, – пробормотала я, ставя кровавую подпись на документе.

Стоило мне это сделать, как лист воспламенился и исчез.

Рассказать о себе все без утайки стоило того. Особенно если он не будет использовать это против меня. И особенно, потому что я наконец-то соберу картинку о Аут и атлусах воедино. Если я хочу по возвращению найти их, то мне стоит хоть немного подготовиться.

Перед возвращением в покои жриц, я спустилась в баню, где застала по разным озерцам еще нескольких. Среди них была подружка Танарари, что пыталась отравить меня утром.

Я прислушивалась к щебету жриц, ожидая, пока она уйдет. Эта жрица сидела дальше всех в одном из самых горячих озер, и, казалось, медитировала, или уничтожала взглядом поверхность воды. Ее песочная кожа хорошо сочеталась с Цдамом, разве что мелкие черные пятна рябили в глазах. На руках и ногах у нее были веерообразные плавники, покрытые шипами, а лицо вытянутое, с огромными глазами и клювом, что делало ее очень похожей на насекомое. И только сейчас, пока она сидела спиной, я заметила прозрачные крылья, плотно обернутые вокруг ее тела.

Прошло минут двадцать прежде, чем она поднялась из воды и исчезла в стороне раздевалок и, выждав еще минуту, я последовала за ней. Одежду, которую мы сложили в специальную камеру очистили, я натянула не заходя в раздевалку и подкралась к дверям, чтобы застать ее врасплох. Это оказалось несложно. К тому же мне повезло застать ее в одиночестве.

Став невидимой, я заперла на замок дверь, через которую мы вошли и ту, что вела на выход. Услышав, как щелкнули замки, она засуетилась и начала оглядываться, пока не наткнулась на меня, сидящую на лавке напротив.

– Что тебе нужно? – резко сказала она, пытаясь стрекотанием добавить голосу силы.

– Да подумала, что наше знакомство не задалось, – мотнув хвостом сказала я, закидывая ногу на ногу.

Она попятилась, бегая глазами без белков в поисках выхода.

– Хочешь убить меня?

– Возможно, – неопределенно хмыкнула я. – Но не сегодня. Ты и Танарари не подчиняетесь Цдаму. Я предположу, что вы тут только из-за денег и безвыходной ситуации.

– И что?! Нет ничего плохого в том, чтобы зарабатывать и не быть рабыней!

– О, я с тобой полностью согласна, – спокойно протянула я. – И думаю мы могли бы друг другу помочь.

– Помочь? – она сделала шаг вперед.

Без защиты Танарари, оставшись запертой один на один, она потеряла всю неуязвимость, которая была у нее утром.

– Да, помочь. Твой яд очень ценная штука, редкая, а твой вид истребляли браконьеры ради него. И, быть может, подари мне ты пару-тройку ампул, я бы сохранила в тайне ваш секретик и сегодняшний инцидент от Кин, Генриха и Ника.

Она молча изучала меня, придирчиво рассматривая.

– Как тебя зовут? – спросила я.

– О’Шаре.

– Так мы договорились О’Шаре?

– Ты ведь такая же. Ты не подчиняешься правилам. Зачем тебе все это?

– Хочу помочь подруге и отомстить.

О’Шаре продолжала молчать, но уже не выглядела такой напуганной. Все в этом гареме понимали, что связь с Генрихом обеспечивает мне идеальную почву для доносов прямиком Нику. И пока что это самый сильный мой козырь.

– Мы договорились, если поклянешься, что яд не для жриц.

– О, поверь. У меня есть личности на примете куда интереснее.

– Будет тебе три ампулы к завтрашнему завтраку.